Справка по изучению и обобщению апелляционной и кассационной практики по гражданским делам за 2 полугодие 2025 года
Справка по изучению и обобщению апелляционной и кассационной практики по гражданским делам за 2 полугодие 2025 года
В соответствии с планом работы Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия на первое полугодие 2026 года проанализированы причины отмены и изменения судебных актов в апелляционном и кассационном порядке за второе полугодие 2025 года.
Задачей и целью данного изучения и обобщения является выявление и анализ причин отмены и изменения судебных актов, принятых судьями Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия при рассмотрении дел, и недопущение аналогичных нарушений и ошибок в дальнейшем.
Во втором полугодии 2025 года апелляционной инстанцией по апелляционным жалобам (представлениям) на судебные акты, принятые судьями Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия рассмотрено 124 гражданских дел, из них:
109 решений оставлено без изменения, 4 – изменено, 7 – отменено полностью, 4 – отменено в части. При этом 1 дело направлено на новое рассмотрение. По 19 делам судом апелляционной инстанции произведена корректировка решений, не относящаяся к отмене и изменениям и не затрагивающая существа основных требований (15,3%).
Стабильность решений по гражданским делам за второе полугодие 2025 года составила 87,9 % (при среднереспубликанском показателе за 2025 год – 84,6%).
В сравнении с первым полугодием 2025 года, в котором апелляционной инстанцией по апелляционным жалобам (представлениям) рассмотрено аналогичное число гражданских дел (124 дела, из них 110 оставлено без изменения), стабильность решений по гражданским делам снизилась незначительно (на 0,8%).
Кроме того, за второе полугодие 2025 года апелляционной инстанцией рассмотрено 50 дел по частным жалобам (представлениям) на определения, принятые судьями Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия, из которых 31 определение оставлено без изменения (62%), 19 - отменено (38%).
Необходимо отметить, что причинами отмены или изменения судебных постановлений за анализируемый период явились нарушение или неправильное применение норм материального или процессуального права, неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.
Ниже проанализированы причины отмены и изменения в апелляционном порядке судебных актов, принятых судьями Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия, за второе полугодие 2025 года.
1. Неправильное определение обстоятельств,
имеющих значение для дела и неправильное применение норм материального права
При разрешении споров, связанных с предоставлением гражданам медицинских услуг к участию в деле в соответствии с положениями статьи 47 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК Российской Федерации) для дачи заключения по делу подлежит привлечению Росздравнадзор в лице его территориального органа.
При привлечении к производству комиссионной судебно-медицинской экспертизы того либо иного врача в качестве эксперта необходимо выяснять его предыдущие места работы и при наличии сведений о том, что врач состоял в трудовых отношениях с той или иной стороной спора, установить характер взаимоотношений между бывшим работником учреждения и его руководством, довести указанную информацию до лиц, участвующих в деле и дать этому оценку.
При оценке судом выводов комиссионной судебно-медицинской экспертизы необходимо изучить его исследовательскую часть, обоснование выводов с учетом анализа всех медицинских документов и жалоб пациента.
П.Н.И. обратился в суд с иском к ГАУЗ Республики Мордовия «Мордовская республиканская стоматологическая поликлиника» (далее по тексту – «МРСП», стоматологическая поликлиника) о взыскании денежной суммы за некачественно оказанные стоматологические услуги в размере 30 860 рублей, компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей.
Решением суда первой инстанции исковые требования П.Н.И. оставлены без удовлетворения.
Судом первой инстанции установлено, что в период с 9 января 2023 г. по 19 января 2023 г. между истцом и ответчиком заключены договоры на оказание платных медицинских услуг, предметом которого является стоматологическое лечение. Лечение поручено врачу Л.М.С. Услуги были оказаны в период с 9 января 2023 г. по 3 февраля 2023 г. и 25 октября 2023 г.
П.Н.И. оплатил оказанные медицинские услуги.
27 декабря 2023 г. истец обратился в ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» с претензией относительно качества оказанных ему ответчиком в период с 9 января по 3 февраля 2023 г. услуг по лечению и зубопротезированию, в которой указал, что изготовленные ему учреждением зубные протезы не подходят и выпадают, качественные зубные протезы до настоящего времени ему не изготовлены, в процессе изготовления протезов у истца выдернули практически все зубы, при этом П.Н.И. испытывает сильную боль и дискомфорт из-за отсутствия зубов.
Согласно имеющимся в амбулаторной карте записям, истец неоднократно обращался в стоматологическую поликлинику с жалобами на подвижность зубов, на отсутствие зубов в переднем отделе нижней челюсти, на боли в переднем отделе нижней челюсти под протезом, на болезненность десны нижней челюсти под протезом во время приема пищи, на слабую фиксацию съемного протеза нижней челюсти.
После всех обращений с жалобами пациент был осмотрен, оказывались услуги.
18 января 2024 г. между ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» и П.Н.И. (пациентом) заключено соглашение, согласно которого стороны договариваются о прекращении всех обязательств учреждения, в том числе вытекающих из ненадлежащего, по мнению пациента, оказания медицинских услуг в связи с тем, что учреждение по требованию пациента проводит зубопротезирование-изготовление частичных съемных протезов.
Ответчиком в рамках гарантийных обязательств последнего истцу вновь проведены следующие виды работ: изготовлены съемные протезы на верхнюю и нижнюю челюсти; изготовлен базис пластмассовый; изготовлен удерживающий кламмер; сделан слепок импортный.
11 декабря 2024 г. истец повторно обратился к ответчику с претензией по вопросу некачественного оказания медицинских услуг по зубопротезированию в рамках соглашения об урегулировании спора от
18 января 2024 г., в которой указал, что учреждением действительно были изготовлены съемные протезы, однако в процессе последующей их носки П.Н.И. продолжает испытывать дискомфорт, что создает вред для здоровья пациента и указывает на ненадлежащее исполнение учреждением своих обязательств по оказанию медицинской помощи пациенту. Просил возвратить уплаченные им денежные средства в размере 30 860 рублей либо оказать повторную и качественную услугу по изготовлению частичных съемных протезов.
Согласно ответу ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» от 19 декабря 2024 г. №953 повторная претензия П.Н.И. оставлена без удовлетворения ввиду того, что стоматологическая помощь по переделке частичных съемных протезов, произведенная в рамках соглашения об урегулировании спора от
18 января 2024 г., оказана качественно и в полном объеме, поскольку из истории болезни стоматологического больного усматривается, что следы травмирования десны протезом отсутствуют, прилегание съемного протеза нижней челюсти плотное, равномерное. Также указано, что поскольку соглашение об урегулировании спора от 18 января 2024 г. со стороны ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» надлежащим образом исполнено, то согласно пункту 11 соглашения все обязательства учреждения перед пациентом, вытекающие из факта оказания медицинской помощи по стоматологии ортопедической (изготовление и припасовка частичных съемных протезов) в ортопедическом отделении поликлинического отделения №3 ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» в период с 9 января по 3 февраля 2023 г. прекращаются. Никакие претензии со стороны пациента относительно качества оказанной медицинской помощи и медицинских услуг учреждением не рассматриваются.
Для установления причинно-следственной связи между проведенным истцу зубопротезированием и наличием вреда его здоровью, по делу назначена комплексная судебно-медицинская стоматологическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ГКУЗ Республики Мордовия «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы».
Определением суда от 5 мая 2025 г. на основании ходатайства экспертной организации от 25 апреля 2025 г. в состав экспертной комиссии включен врач стоматолог-ортопед ООО «СитиДент» Д.М.К, поскольку в штате ГКУЗ Республики Мордовия «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» отсутствует эксперт соответствующего профиля.
Согласно выводам заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы от 10 июня 2025 г. ГКУЗ Республики Мордовия «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» вид и объем ортопедического лечения, указанные в амбулаторной истории болезни стоматологического больного П.Н.И., идентичны объему (перечню) медицинских услуг, согласованному сторонами (П.Н.И. и ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП») путем подписания договора на оказание платных медицинских услуг от 13 января 2023 г. В период с 9 января по 5 февраля 2023 г., исходя из имеющихся записей амбулаторной истории болезни стоматологического больного П.Н.И., медицинская помощь оказана правильно, своевременно, в полном объеме, согласно имеющимся медицинским показаниям, в соответствии с клиническими рекомендациями (протоколами лечения) при диагнозе «частичное отсутствие зубов (частичная вторичная адентия, потеря зубов вследствие несчастного случая, удаления или локализованного пародонтита)», утвержденными постановлением №15 Совета Ассоциации общественных объединений «Стоматологическая Ассоциация России» от 30 сентября 2014 г. Недостатков при оказании услуг в период с 9 января по 5 февраля 2023 г. допущено не было. Вид и объем ортопедического лечения, указанные в амбулаторной истории болезни стоматологического больного П.Н.И., идентичны объему (перечню) медицинских услуг, согласованному сторонами путем подписания соглашения об урегулировании спора от 18 января 2024 г. и заказ-наряда №75 от 15 января 2024 г., а также полностью совпадают с фактически оказанными стоматологическими услугами в 2024 г.
Указанное заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы, суд первой инстанции принял в качестве надлежащего доказательства по делу.
Разрешая заявленные истцом требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции, исходил из заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы от 10 июня 2025 г. ГКУЗ Республики Мордовия «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы», которым не установлено недостатков оказания медицинской помощи П.Н.И., в связи с чем пришел к выводу о том, что медицинские услуги по зубопротезированию оказаны истцу качественно и в соответствии с условиями заключенных соглашений, вред здоровью истца в результате оказания ответчиком платной медицинской помощи причинен не был, а медицинская помощь ответчиком истцу оказана качественно, дефектов оказания медицинских услуг не установлено.
Ввиду неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильного применения норм материального права, судом апелляционной инстанции решение суда отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования удовлетворены частично, с ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» в пользу П.Н.И. взыскана уплаченные учреждению за оказание платных медицинских услуг по ортопедическому лечению (зубопротезированию) денежные средства в размере 30 350 рублей, в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей, а также в бюджет городского округа Саранск государственная пошлина в размере 7 000 рублей.
Как указал суд апелляционной инстанции, давая в судебном заседании суда первой инстанции объяснения относительно предмета спора П.Н.И., описывая, какими именно действиями ответчика ему причинен вред здоровью, в частности, указывал на то, что изготовленный ответчиком в 2023 году зубной протез ему изначально не подошел, поскольку он причинял ему боль, неудобства, дискомфорт при использовании, натирал десну, под него забивалась еда. Является очевидным, что требование истца было обусловлено моральными страданиями и некачественно оказанными стоматологическими услугами по договорам от 9 января 2023 г., от 13 января 2023 г. и 19 января 2023 г.
Фактически признав обоснованность претензий П.Н.И., в рамках заключенного между сторонами спора соглашения от 18 января 2024 г. истцу, начиная с 15 января 2024 г., производилась переделка частичных съемных протезов на сумму 19 000 рублей: изготовлены съемные протезы на верхнюю и нижнюю челюсти; изготовлен базис пластмассовый; изготовлен удерживающий кламмер; сделан слепок импортный. Согласно записям амбулаторной карты П.Н.И. повторно проведены этапы зубопротезирования.
Таким образом, работы по переделке в рамках соглашения от 18 января 2024 г. проводились в период с 15 января 2024 г. по 19 февраля 2024 г. включительно. Качество выполненных работ на 18 января 2024 г. (дата заключения соглашения) не могло быть известно сторонам спора при его заключении, в связи с чем вывод суда первой инстанции о том, что спор был урегулирован в связи с заключенным соглашением, преждевременен и неверен. О том, что переделка произведена качественно, пациент мог сделать вывод только после окончания работ (после 19 февраля 2024 г.), а не в момент заключения соглашения 18 января 2024 г. Вместе с тем, исходя из данных амбулаторной карты, в которых зафиксированы жалобы пациента П.Н.И., выполненные работы по переделке протеза не привели к желаемому для пациента результату.
Вывод суда об отсутствии со стороны истца претензий после переделки не основан на фактических материалах дела и медицинской документации, а также опровергается последующими жалобами П.Н.И. на качество работ 10 июля 2024 г., 25 июля 2024 г. и 12 ноября 2024 г.
Протокольным определением судебной коллегии в соответствии с положениями статьи 47 ГПК Российской Федерации к участию в деле для дачи заключения по делу, в целях осуществления возложенных на него обязанностей и защиты прав, свобод и законных интересов других лиц привлечен Росздравнадзор в лице его территориального органа, расположенного в Республике Мордовия. Данному органу было поручено в срок не позднее 16 октября 2025 г. дать заключение в письменной форме относительно качества оказания медицинской помощи истцу и ведения медицинской документации ответчиком с отражениями всех выявленных недостатков, если таковые имеются.
В своем заключении Территориальный орган Росздравнадзора по Республике Мордовия указал, что медицинская карта стоматологического больного №043-у утверждена приказом Минздрава СССР от 4 октября 1980 г. №1030 «Об утверждении форм первичной медицинской документации учреждений здравоохранения» (утратил силу), но согласно письму Министерства здравоохранения РФ от 31 октября 2023 г. №13-2/3106565-159 настоящие формы учетной медицинской документации применяются до утверждения новых форм учетной медицинской документации в соответствии с письмом Минздравсоцразвития России от 30 ноября 2009 г. №14-6/242888. Данной учетной формой предусмотрено внесение следующих сведений: жалоб, перенесенных и сопутствующих заболеваний, развитие настоящего заболевания, данные объективного осмотра, диагноз, лечение и наставления.
Клиническими рекомендациями (протоколы лечения) «Частичное отсутствие зубов (частичная вторичная адентия, потеря зубов вследствие несчастного случая, удаления или локализованного пародонтита), утвержденных постановлением №15 Совета Ассоциации общественных объединений (Версия 2013-2017), на которые ссылается судебно-медицинская экспертная комиссия в своем заключении №057, утвержден алгоритм обследования пациента, направленный на установление диагноза, соответствующего модели пациента, исключение возможных осложнений, определение возможности приступить к протезированию без дополнительных диагностических и лечебно-профилактических мероприятий. Включает сбор анамнеза, осмотр и пальпацию рта и челюстно-лицевой области, оценку состояния оставшихся зубов и тканей пародонта. При сборе анамнеза выясняют время потери зубов, пользовался ли больной ранее протезами, аллергический анамнез, наличие соматических заболеваний. В случае наличия ортопедических конструкций уточняют время их изготовления.
На основе данных диагностики врач разрабатывает индивидуальный план лечения, исходя из особенностей каждого пациента.
В амбулаторной истории болезни стоматологического больного отсутствуют сведения об имеющихся хронических заболеваниях у П.Н.И, принимаемых медикаментах, которые могут повлиять на выбор дальнейшей тактики ведения пациента. Дневниковые записи (установить каким специалистом осуществлен осмотр пациента, не представляется возможным) не содержат: от 25 декабря 2023 г. - сведений о перенесенных и сопутствующих заболеваниях, развитии настоящего заболевания, данных объективного осмотра, диагнозе, не конкретизированы рекомендации; от 26 июня 2024 г. - сведений о перенесенных и сопутствующих заболеваниях, развитии настоящего заболевания, данных объективного осмотра, диагнозе; от 9 июля 2024 г. сведений о перенесенных и сопутствующих заболеваниях, развитии настоящего заболевания, данных объективного осмотра, не конкретизированы рекомендации; от 10 июля 2024 г., 25 июля 2024 г. - не расписаны рекомендации; от 12 ноября 2024 г. - сведений о перенесенных и сопутствующих заболеваниях, развитии настоящего заболевания, диагнозе, не конкретизированы рекомендации.
Кроме того, в состав экспертной комиссии включен врач стоматолог-ортопед Д.М.К., который до 1 сентября 2020 г., осуществлял трудовую деятельность в МРСП.
Учитывая имеющиеся в деле доказательства, заключения специалиста, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что ответчиком ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» оказаны П.Н.И. платные стоматологические услуги, имеющие недостатки, которые не устранены, несмотря на неоднократные обращения истца, отсутствие вины в ненадлежащем оказании услуг стороной ответчика не доказано, выводы суда первой инстанции относительно отсутствия оснований для удовлетворения заявленных истцом требований признаны судом апелляционной инстанции несостоятельными.
Поскольку в результате виновных действий ответчика истцу оказаны некачественные медицинские услуги, лишившие П.Н.И. того результата, на который он обоснованно рассчитывал, вступая в договорные отношения с ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП», суд апелляционной инстанции удовлетворил требования в части взыскания оплаченных за некачественно оказанные услуги денежных средств.
При этом, исходя из того, что все стоматологические услуги в комплексе были оказаны с целью протезирования, данные услуги были оказаны некачественно, необходимый результат достигнут не был, судебная коллегия не усмотрела оснований для взыскания денежных сумм лишь за какие-либо отдельные стоматологические процедуры, поскольку все оплаченные истцом процедуры на сумму 30 350 рублей были направлены на достижение всего запланированного медицинского результата в целом.
Разрешая требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, в удовлетворении которого судом первой инстанции отказано по мотиву того, что они являются производными от основного требования о взыскании оплаченных по договорам об оказании платных медицинских услуг денежных средств, судебная коллегия исходила из того, что в рассматриваемом случае факт нарушения прав истца, гарантированных Законом о защите прав потребителей, как потребителя платных медицинских услуг, виновными действиями ответчика, установлено, в связи с чем пришла к выводу о необходимости взыскания с ГАУЗ Республики Мордовия «МРСП» в пользу П.Н.И. компенсации морального вреда, при этом, исходя из требований разумности и справедливости при определении размера компенсации морального вреда, что предусмотрено статьей 1101 ГК Российской Федерации, принимая во внимание установленные обстоятельства некачественного оказания медицинской помощи ответчиком, его статус специализированной медицинской организации, обладающей необходимой компетенцией и специалистами, степень вины нарушителя и характер допущенных нарушений, длительности обращения истца к ответчику за получением качественной услуги, его возраста и состояния здоровья, взыскала в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, отказав в удовлетворении остальной части данного искового требования.
(дело №2-482/2025, судья Тарасков И.Ю.;
апелляционное определение от 23 октября 2025 г. №33-1455/2025, докладчик Селезнева О.В.)
2. Неправильное применение норм материального права
2.1. Неправильное применение норм материального права при разрешении требований потерпевшего о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия
При повреждении в результате наступления страхового случая транспортного средства, застрахованного по договору КАСКО и при наличии предусмотренных законом оснований для возмещения ущерба по договору ОСАГО, выбор способа возмещения ущерба и лица, за счет которого производится такое возмещение - страховщика по договору КАСКО или страховщика по договору ОСАГО, принадлежит потерпевшему. Обращение потерпевшего сначала за страховым возмещением по договору КАСКО, не прекращает его право на страховое возмещение по договору ОСАГО. При этом, потерпевший вправе предъявить требования к причинителю вреда лишь в той части ущерба, которая не может быть возмещена по договору ОСАГО.
Когда потерпевшим был избран способ возмещения причиненного ущерба за счет страховщика по договору КАСКО, то применительно к возникшим правоотношениям установлению подлежит размер причиненного истцу ущерба, лимит ответственности страховщика по договору КАСКО и был ли он возмещен полностью истцу по договору КАСКО, а в случае, если по договору КАСКО полного возмещения ущерба не произошло, подлежала ли возмещению оставшаяся часть ущерба по договору ОСАГО, а при недостаточности возмещения по договорам КАСКО и ОСАГО подлежала ли возмещению оставшаяся часть ущерба за счет виновника ДТП (деликтная ответственность).
Т.А.А. обратился в суд с иском к Р.С.Н. о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 431 500 рублей, указав, что выплаченной страховой компанией суммы страхового возмещения недостаточно для проведения восстановительного ремонта транспортного средства.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 13 февраля 2025 г. исковые требования удовлетворены.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 29 мая 2025 г. апелляционное определение от 13 февраля 2025 г. отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.
Из обстоятельств дела следует, что на момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность виновника была застрахована в ПАО «СК «Росгосстрах» по договору ОСАГО. Гражданская ответственность в отношении автомобиля истца была застрахована по договору ОСАГО в АО «АльфаСтрахование» и, кроме того, между истцом и АО «АльфаСтрахование» был заключен договор KACKO по риску - повреждение транспортного средства при наличии полиса ОСАГО у виновника события, размер страховой суммы - 400 000 рублей.
В рамках заключенного соглашения между АО «АльфаСтрахование» и Т.А.А. об урегулировании убытка KACKO страховщиком истцу было выплачено страховое возмещение в размере 247 500 рублей в виде выплаты, равной стоимости ремонта автомобиля истца по Единой методике с учетом износа.
На основании заключения эксперта по заказу истца рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета износа составляет 679 000 рублей.
Разрешая спор и удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из того, что произведенной истцу по договору КАСКО страховой выплаты недостаточно для полного возмещения ущерба, причиненного по вине ответчика, действия ответчика находятся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием и причинением ущерба истцу, между сторонами возникли деликтные правоотношения, в связи с чем взыскал с ответчика в пользу истца разницу между действительной рыночной стоимостью восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа и выплаченной суммой страхового возмещения.
Изменяя решение суда, суд апелляционной инстанции указал, что в рассматриваемом случае потерпевшим был избран способ возмещения причиненного ущерба за счет страховщика по договору КАСКО, то применительно к возникшим правоотношениям установлению подлежал размер причиненного истцу ущерба, лимит ответственности страховщика по договору КАСКО и был ли он возмещен полностью истцу по договору КАСКО, а в случае, если по договору КАСКО полного возмещения ущерба не произошло, подлежала ли возмещению оставшаяся часть ущерба по договору ОСАГО, а при недостаточности возмещения по договорам КАСКО и ОСАГО подлежала ли возмещению оставшаяся часть ущерба за счет виновника ДТП (деликтная ответственность).
Установив, что размер причиненного истцу ущерба составляет 679 000 рублей, а стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца по Единой методике без учета износа 403 708 рублей 04 коп., с учетом износа - 247 500 рублей, тогда как в рамках заключенного соглашения между АО «АльфаСтрахование» и Т.А.А. об урегулировании убытка KACKO страховщиком истцу выплачено страховое возмещение в размере 247 500 рублей, которого недостаточно для полного возмещения ущерба, вместе с тем за возмещением вреда по договору ОСАГО истец не обращался, сведения о невозможности организации ремонта транспортного средства на СТОА отсутствуют, имея в виду, что надлежащим исполнением обязательства страховщика по ОСАГО является организация и оплата восстановительного ремонта автомобиля, которое не может быть изменено им в одностороннем порядке, за исключением случаев, установленных законом, при этом в силу статьи 7 Закона об ОСАГО страховая сумма в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, составляет 400 000 рублей, судебная коллегия пришла к выводу, что непокрытый договорами КАСКО и ОСАГО размер ущерба, подлежащий взысканию с ответчика, в данном случае составляет 279 000 рублей (679 000 рублей – 400 000 рублей), в связи с чем изменил решение, взыскав с ответчика Р.С.Н. в пользу истца Т.А.А. 279 000 рублей.
(дело № 2-1997/2024, судья Бурлаков И.И.;
апелляционное определение от 24 июля 2025 г. по делу №33-1099/2025, докладчик Верюлин А.В.)
Удовлетворение судом требования потерпевшего - физического лица о взыскании убытков, обусловленных ненадлежащим исполнением страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства, не исключает присуждение предусмотренных Законом об ОСАГО неустоек и штрафов, подлежащих в этом случае исчислению из размера неосуществленного страхового возмещения (возмещение вреда в натуре). При этом в данном случае осуществленные страховщиком выплаты страхового возмещения в денежном выражении, кроме выплат, произведенных на основании решения финансового уполномоченного, не подлежат учету при определении размера неустоек и штрафов, поскольку подобные действия финансовой организации не могут рассматриваться как надлежащее исполнение обязательства.
С.Е.А. обратилась в суд с исковыми требованиями к ООО СК «Сбербанк страхование» о взыскании страхового возмещения в размере 145 500 рублей, неустойки за период с 19 января по 20 мая 2024 г. в размере 178 965 рублей, неустойки, начиная с 21 мая 2024 г. по день фактического исполнения обязательства из расчета 1 455 рублей за каждый день просрочки, компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей, штрафа.
Разрешая спор, установив нарушение ответчиком обязательств по предоставлению страхового возмещения в натуральной форме, основываясь на выводах заключения эксперта, суд первой инстанции взыскал с ответчика в пользу истца денежные средства в размере 145 500 рублей, составляющие разницу между стоимостью восстановительного ремонта автомобиля без учета износа заменяемых деталей по среднерыночным ценам (239 100 рублей) и выплаченным страховым возмещением (93 600 рублей), а также компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, неустойку за период с 19 января по 21 мая 2024 г. в размере 100 000 рублей, неустойку, начиная с 22 мая 2024 г. по день фактического исполнения обязательства из расчета 1 455 рублей за каждый день просрочки, но не более 400 000 рублей, с учетом взысканной неустойки в размере 100 000 рублей, судебные расходы.
Апелляционным определением от 10 сентября 2024 г. решение суда оставлено без изменения.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 11 декабря 2024 г. апелляционное определение от 10 сентября 2024 г. отменено в части оставления без изменения решения суда о взыскании неустойки, штрафа и судебных расходов. В отмененной части дело направлено на новое апелляционное рассмотрение. В остальной части решение суда и апелляционное определение оставлены без изменения.
Апелляционным определением от 6 марта 2025 г. решение суда в части взыскания неустойки, штрафа, судебных расходов изменено. С ООО СК «Сбербанк страхование» взысканы неустойка за период с 19 января 2024 г. по 21 мая 2024 г. в размере 33 948 рублей, неустойка, начиная с 22 мая 2024 г. по день фактического исполнения обязательства в размере 1% за каждый день от суммы недоплаченного страхового возмещения в размере 27 600 рублей, но не более 366 052 рублей, штраф в размере 13 800 рублей, судебные расходы.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 4 июня 2025 г. апелляционное определение от 6 марта 2025 г. отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 31 июля 2025 г. решение суда в части взыскания неустойки, штрафа, судебных расходов изменено. ООО СК «Сбербанк страхование» взысканы неустойка за период с 19 января 2024 г. по 21 мая 2024 г. в размере 100 000 рублей, неустойка, начиная с
22 мая 2024 г. по день фактического исполнения обязательства в размере 1% за каждый день от суммы недоплаченного страхового возмещения в размере 121 200 рублей (1 212 рублей в день), но не более 250 924 рублей, штраф в размере 60 600 рублей, судебные расходы на оплату услуг по составлению автоэкспертизы в размере 8 250 рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 7 000 рублей.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 12 ноября 2025 г. апелляционное определение от 31 июля 2025 г. отменено в части взыскания с ООО СК «Сбербанк страхование» неустойки, расходов по оплате услуг по составлению автоэкспертизы, государственной пошлины, дело в отмененной части направлено на новое рассмотрение.
При новом апелляционном рассмотрении указано, что неустойка ошибочно рассчитана судом на разницу между выплаченным страховым возмещением (93 600 рублей) и рыночной стоимостью ремонта (239 100 рублей), представляющей собой убытки. Однако, в данном случае надлежащим страховым возмещением являлась определенная в соответствии с Единой методикой стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа заменяемых деталей в размере 121 200 рублей.
Учитывая, что истцом были заявлены требования о взыскании неустойки до момента фактического исполнения обязательства, решение суда фактически исполнено ответчиком 25 декабря 2024 г., судебная коллегия произвела расчет неустойки до момента фактического исполнения страховщиком обязательства – 25 декабря 2024 г., исчислив ее размер по правилам пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО исходя из определенной в соответствии с Единой методикой стоимости восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа заменяемых деталей за период с
19 января 2024 г. (21-ый день после получения страховщиком заявления о страховой выплате) по 25 декабря 2024 г. (дата исполнения страховщиком обязательства), которая составила 414 504 рубля, исходя из следующего расчета: 121 200 рублей х 1 % х 342 (количество дней просрочки), при этом ее размер не может превышать 400 000 рублей (пункт «б» статьи 7 Закона об ОСАГО).
При этом, учитывая длительность периода нарушения обязательства (около года), а также обстоятельства нарушения прав страхователя, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для применения положений статьи 333 ГК Российской Федерации, указав, что неустойка в размере 400 000 рублей является разумной, справедливой и соразмерной последствиям нарушенного обязательства. Тот факт, что размер неустойки 400 000 рублей превышает сумму выплаченного страхового возмещения, не свидетельствует о наличии основания для ее снижения. Размер неустойки определен Законом об ОСАГО, доказательств наличия исключительных обстоятельств для ее снижения ответчиком не представлено.
С учетом изменения решения суда в части взыскания неустойки, изменено решение суда и в части распределения расходов на оплату услуг по составлению автоэкспертизы, взыскания в бюджет государственной пошлины.
(дело №2-1230/2025, судья Бурлаков И.И.;
апелляционное определение от 22 декабря 2025 г. №33-1968/2025, докладчик Верюлин А.В.)
Возмещение потерпевшему в результате дорожно-транспортного происшествия реального ущерба не может осуществляться путем взыскания денежной суммы, превышающей стоимость поврежденного имущества.
С.П.В. обратился в суд с иском к Д.Д.В., СПАО «Ингосстрах» о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.
Решением суда первой инстанции требования удовлетворены частично, с Д.Д.В. в пользу С.П.В. взыскана сумма страхового возмещения в размере 2 585 700 рублей, а также судебные расходы.
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о ненадлежащем исполнении страховщиком своих обязательств по организации и оплате восстановительного ремонта автомобиля истца и отсутствию оснований для изменения формы выплаты на денежную, вместе с тем не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных требований к ответчику СПАО «Ингосстрах», поскольку истцом не заявлены требования о взыскании реального ущерба (убытков) по восстановительному ремонту на дату рассмотрения иска, понесенные им с не организацией страховой компанией ремонта на СТОА. При этом в виду недостаточности страховой выплаты для полного возмещения причиненного истцу ущерба, пришел к выводу о взыскании с ответчика Д.Д.В., как непосредственного причинителя вреда, стоимости восстановительного ремонта автомобиля в соответствии с требованиями Единой методики по состоянию на момент дорожно-транспортного происшествия без учета износа, исходя из расчета: 2 985 700 рублей стоимость восстановительного ремонта без учета износа – 400 000 рублей страховое возмещение.
Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не согласился, изменив решение суда, взыскав материальный ущерб в размере 2 511 100 рублей, указав, что в рассматриваемом случае, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства в соответствии с Единой методикой без учета износа на момент дорожно-транспортного происшествия (1 703 379 рублей) превышала лимит ответственности страховщика, предусмотренный пунктом «б» статьи 7 Закона об ОСАГО, то есть 400 000 рублей, в связи с чем ответственность страховщика была ограничена только лимитом, денежные средства сверх лимита (1 303 379 рублей), подлежащие доплате за счет гражданина (страхователя), С.П.В., реализуя свое право, в связи с нежеланием произвести доплату отказался вносить, проставив соответствующую галочку и рукописную подпись, указав на отказ от любого вида доплат за восстановительный ремонт по направлению СПАО «Ингосстрах» на СТОА, в связи с чем страховщиком правомерно была изменена форма страхового возмещения с натуральной на денежную.
Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. №31 (пункт 54), в случае отказа потерпевшего от получения направления на ремонт при отсутствии законных оснований для такого отказа, обязательство страховщика по организации ремонта прекращается. Вследствие отказа заявителя от натурального возмещения, страховщик правомерно произвел расчет и выплату страхового возмещения в денежной форме в рамках лимита ответственности, установленного статьей 7 Закона об ОСАГО.
СПАО «Ингосстрах» в адрес С.П.В. направлено письмо, в котором отражено, что по заключению организованной СПАО «Ингосстрах» независимой экспертизы, размер ущерба превысил установленную подпунктом «б» статьи 7 Закона об ОСАГО страховую сумму на 1 303 379 рублей. Указано, что в отсутствие согласия на доплату за ремонт станции технического обслуживания в указанном размере, СПАО «Ингосстрах» осуществило страховое возмещение в форме страховой выплаты с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте.
После осуществления оплаты страховщиком предусмотренного законом страхового возмещения его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что соответствии с положениями пункта 1 статьи 408 ГК Российской Федерации, прекращает соответствующее обязательство.
При этом, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные расходы на восстановление автомобиля в случае, если такое восстановление с учетом рыночной стоимости транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия является целесообразным.
Определение размера ущерба, исходя из рыночной стоимости автомобиля за вычетом стоимости годных остатков, является общеправовым принципом возмещения ущерба, ведущим к восстановлению прав лица, которому был причинен ущерб и в случае, когда ответственность причинителя вреда не была застрахована, в связи с чем возмещение потерпевшему реального ущерба не может осуществляться путем взыскания денежной суммы, превышающей стоимость поврежденного имущества.
В настоящем случае расходы на восстановление автомобиля превышают среднерыночную стоимость автомобиля, следовательно, возмещение ущерба путем взыскания стоимости ремонта автомобиля приведет к значительному улучшению транспортного средства, влекущему существенное и явно увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред, что является не допустимым, поскольку закон возлагает на виновное лицо обязанность только по полному возмещению ущерба, а не по улучшению предмета пострадавшего от его действий.
В связи с изложенным, размер ущерба, подлежащий взысканию с ответчика Д.Д.В., составляет 2 511 100 рублей и подлежит определению, с учетом выводов дополнительного заключения судебной комплексной трассологической и автотехнической экспертизы, как разница между рыночной стоимостью автомобиля, стоимостью годных остатков и полученной истцом страховой выплаты (3 926 200 рублей – 1 015 100 рублей – 400 000 рублей).
(дело №2-869/2025, судья Догорова Е.Ю.;
апелляционное определение от 11 декабря 2025 г. №33-1894/2025, докладчик Солдатов М.О.)
2.2. Неправильное применение норм материального права при разрешении требований участника долевого строительства
При удовлетворении требований участника долевого строительства в судебном порядке общая сумма, подлежащая взысканию с застройщика, не может превышать 3% от цены договора.
З.И.С. обратилась в суд с иском к ООО «СЗ «Прибрежный парк» о взыскании стоимости устранения недостатков объекта недвижимости в счет соразмерного уменьшения цены договора, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа.
Решением суда первой инстанции исковые требования З.И.С. удовлетворены частично. С ООО «СЗ «Прибрежный парк» в ее пользу в счет соразмерного уменьшения цены договора взыскана стоимость устранения выявленных недостатков объекта недвижимости в размере 546 906 рублей 54 коп., компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей, неустойка за нарушение срока удовлетворения требований потребителя, исчисляемая в соответствии с положениями части 8 статьи 7 Федерального закона от
30 декабря 2004 г. №214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (1/150 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации) на сумму 546 906 рублей 54 коп., со дня, следующего за днем окончания ограничений, установленных Постановлением Правительства Российской Федерации от 18 марта 2024 г. №326 «Об установлении особенностей применения неустойки (штрафа, пени), иных финансовых санкций, а также других мер ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договорам участия в долевом строительстве, установленных законодательством о долевом строительстве» и по день фактического исполнения обязательства, а также расходы по проведению досудебного исследования в размере 65 000 рублей.
Суд апелляционной инстанции не согласился с размером стоимости строительных недостатков и взысканием с ответчика в пользу истца неустойки по день фактического исполнения обязательства, указав, что Федеральным законом от 8 августа 2024 г. №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» внесены изменения в Федеральный закон от 30 декабря 2004 г. №214-ФЗ, статья 10, предусматривающая ответственность за нарушение обязательств по договору, изложена в новой редакции.
Согласно части 1 статьи 10 в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору сторона, не исполнившая своих обязательств или ненадлежаще исполнившая свои обязательства, обязана уплатить другой стороне предусмотренные настоящим Федеральным законом и договором неустойки (штрафы, пени), проценты и возместить в полном объеме причиненные убытки сверх таких неустоек (штрафов, пеней), процентов. Со стороны договора, не исполнившей своих обязательств по договору или ненадлежаще исполнившей свои обязательства по договору, не могут быть взысканы неустойки (штрафы, пени), проценты, не предусмотренные настоящим Федеральным законом и договором.
Указанные положения подлежат применению и к договорам долевого участия, заключенным и до введения вышеуказанных изменений в действие (часть 2 Федерального закона от 8 августа 2024 г. №266-ФЗ). Настоящий Федеральный закон вступает в силу с 1 сентября 2024 г. (статья 3 указанного закона).
Федеральным законом от 26 декабря 2024 г. №482-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» статья 10 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. №214-ФЗ дополнена частью 4, согласно которой при удовлетворении судом требований участника долевого строительства в связи с нарушением застройщиком требований к результату производства отделочных работ, работ по установке оконных и дверных блоков, сантехнического оборудования и входящих в состав такого объекта долевого строительства элементов отделки, изделий и оборудования соответственно, в том числе при удовлетворении требований о соразмерном уменьшении цены договора, возмещении расходов участника долевого строительства на устранение недостатков, об уплате неустойки (штрафов, пеней), процентов и о возмещении убытков, общая сумма, подлежащая взысканию с застройщика, не может превышать три процента от цены договора, если уплата денежных средств в большем размере не предусмотрена договором. Положения данной части не применяются при определении размера неустоек (пеней), предусмотренных частями 2 и 2.1 статьи 6 указанного Федерального закона, а также не распространяются на денежные средства, уплаченные участником долевого строительства в счет цены договора и подлежащие возврату в случае расторжения договора по основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 30 декабря 2004 г. №214-ФЗ.
Указанные изменения, внесенные в часть 4 статьи 10 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. №214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», вступили в силу с 1 января 2025 г.
В силу пункта 5 статьи 6 Федерального закона от 26 декабря 2024 г. №482-ФЗ положения части 4 статьи 10 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. №214-ФЗ применяются к правоотношениям, возникшим из договоров участия в долевом строительстве, заключенных до дня вступления в силу указанного Федерального закона, и применяются в части прав и обязанностей, которые возникнут после 1 января 2025 г.
На момент рассмотрения судом первой инстанции гражданского дела и принятия решения по заявленным истцом требованиям о взыскании стоимости устранения недостатков – 28 апреля 2025 г., суд должен был руководствоваться положениями действующего законодательства, поскольку действие части 4 статьи 10 Закона об участии в долевом строительстве, распространено законодателем, в том числе на правоотношения, возникшие между застройщиком и участником долевого строительства по договорам, заключенным до дня вступления данного закона в силу.
В настоящем споре права и обязанности по выплате расходов на устранение недостатков по судебному решению возникают не в момент нарушения застройщиком обязанности по добровольному удовлетворению претензии или предъявления иска в суд, а в момент присуждения судом денежных сумм в пользу истца - участника долевого строительства, поскольку между истцом и ответчиком возник спор относительно размера возмещаемых расходов. Так в исковом заявлении первоначально указана сумма, необходимая на устранение недостатков - 656 843 рубля 53 коп., впоследствии согласно уточнению исковых требований, сумма необходимая для устранения недостатков снижена до 546 906 рублей 54 коп., что свидетельствует о том, что размер подлежащей взысканию суммы был определен только в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела.
Из буквального толкования части 4 статьи 10 Федерального закона от
30 декабря 2004 г. №214-ФЗ следует, что, общая сумма, подлежащая взысканию с застройщика, не может превышать 3% от цены договора при удовлетворении требований участника долевого строительства в судебном порядке.
Принимая во внимание, что судом решение принято после 1 января 2025 г., то к возникшим правоотношениям сторон в полной мере на момент вынесения решения подлежали применению положения части 4 статьи 10 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. №214-ФЗ (в редакции Федерального закона от 26 декабря 2024 г. №482-ФЗ), в связи с чем, решение суда в части взыскания расходов на устранение строительных недостатков квартиры изменено со снижением взысканной суммы до 242 196 рублей 39 коп. (8 073 212 рублей 84 коп. (стоимость квартиры) x 3%).
При разрешении требований о взыскании неустойки со дня, следующего за днем окончания ограничений, установленных постановлением Правительства Российской Федерации от 18 марта 2024 г. №326 по день фактического исполнения обязательства, также подлежат учету положения пункта 4 статьи 10 Федерального закона №214-ФЗ.
Следовательно, поскольку общая сумма имущественных взысканий, с учетом положений пункта 4 статьи 10 Федерального закона №214-ФЗ не может превышать трех процентов от цены договора, судебная коллегия пришла к выводу об отказе истцу в удовлетворении заявленного им требования о взыскании неустойки, и отмене решение в указанной части. Вне зависимости от приводимых доводов истца, общая сумма имущественных взысканий не может быть увеличена за счет взыскания неустойки.
(дело №2-263/2025, судья Куликова И.В.;
апелляционное определение от 3 сентября 2025 г. №33-1247/2025, докладчик Куманева О.А.)
2.3. Неправильное применение норм материального права при разрешении требований о защите прав потребителей
При предъявлении требования об уменьшении покупной цены товара, которое не было добровольно удовлетворено, и предъявлении иного требования о возврате стоимости товара, ввиду отказа от исполнения договора купли-продажи, которое не предполагает установления нового срока для его удовлетворения, ввиду наличия между сторонами спора относительно качества товара и когда предъявление иного требования уже обусловлено просрочкой исполнения первоначального требования и нарушением продавцом сроков, вытекающих из продажи товара с недостатками, неустойка за нарушение требования потребителя взыскивается со дня просрочки исполнения первоначального требования и до дня фактического исполнения требования, без перерыва.
Е.Т.П. обратилась в суд с иском к ИП о взыскании уплаченной за товар суммы, неустойки, убытков, компенсации морального вреда и штрафа.
Судом первой инстанции исковые требования удовлетворены частично, постановлено взыскать с ИП в ее пользу денежные средства в размере 491 000 рублей, уплаченные по договору, неустойку в размере 70 000 рублей, компенсацию морального вреда 15 000 рублей, штраф в размере 50 000 рублей Во исполнение решения суда постановлено перечислить денежные средства в сумме 491 000 рублей, находящиеся на депозите Управления Судебного департамента в Республике Мордовия в пользу Е.Т.П., перечисленные ИП на основании платежного поручения от 17 января 2025 г. На Е.Т.П. возложена обязанность в течение десяти дней после вступления решения в законную силу возвратить ИП баню-бочку за его счет. С ответчика в доход бюджета городского округа Саранск взыскана государственная пошлина в размере 5 766 рублей.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 29 апреля 2025 г. решение оставлено без изменения.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 10 сентября 2025 г. указанное апелляционное определение отменено в части оставления без изменения решения суда в части разрешения требований о взыскании неустойки, штрафа и государственной пошлины. В отмененной части дело направлено на новое рассмотрение.
Принимая решение, в том числе и о взыскании с ИП в пользу Е.Т.П. неустойки, судом исключен период с 1 ноября по 22 ноября 2024 г., поскольку истцом, путем подачи рассматриваемого иска, заявлено иное требование о взыскании уплаченной за товар суммы, который вручен ответчику 12 ноября 2024 г., а денежные средства на депозит Управления судебного департамента Республики Мордовия во исполнение указанного требования внесены 17 января 2025 г., в связи с чем неустойка за нарушение срока удовлетворения требования потребителя о взыскании уплаченной за товар суммы, взыскана за период с 23 ноября 2024 г. (11 день после получения ответчиком иска).
Не соглашаясь с выводом суда, суд апелляционной инстанции, исходя из разъяснений, изложенных в абзацах 3, 5 подпункта «а» пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» пришел к выводу, что при предъявлении требования об уменьшении покупной цены товара, которое не было добровольно удовлетворено, и предъявлении иного требования о возврате стоимости товара, ввиду отказа от исполнения договора купли-продажи, неустойка за нарушение первого требования взыскивается до дня предъявления нового требование. В рассматриваемом случае предъявление такого требования (подача иска в суд) не предполагает установления нового срока для его удовлетворения, ввиду наличия между сторонами спора относительно качества товара, обратное, по сути, позволяет исключить период для начисления неустойки, в отсутствии исполнения по первоначально предъявленному требованию. Выбор способа защиты права принадлежит истцу (потребителю), однако предъявление иного требования уже обусловлено просрочкой исполнения первоначального требования и нарушением продавцом сроков, вытекающих из продажи товара с недостатками. Реализация такого права не может умалять право истца на взыскание неустойки при предъявлении нового требования, предусмотренного статьей 18 Закона о защите прав потребителей, при продаже товара ненадлежащего качества.
В этой связи судебная коллегия не усмотрела оснований для освобождения ответчика от применения штрафной санкции за период с 1 по 22 ноября 2024 г. и произвела расчет неустойки следующим образом:
- неустойка за нарушение срока удовлетворения требования потребителя о соразмерном уменьшении покупной цены товара за период с 1 октября 2024 г. (с учетом того, что срок, предусмотренный статьей 22 Закона о защите прав потребителей, истекал 29 сентября 2024 г., которое являлось выходным днем, а следовательно подлежал переносу на первый рабочий день в силу статьи 193 ГК Российской Федерации, то есть 30 сентября 2024 г., следовательно первым просроченным днем является 1 октября 2024 г.) по 31 октября 2024 г. - 152 210 руб. = 491 000 рублей х 1% х 31 (количество дней в периоде);
- неустойка за нарушение срока удовлетворения требования потребителя о взыскании уплаченной за товар суммы, за период с 1 ноября 2024 г. по 16 января 2025 г. - 378 070 руб., исходя из расчета 491 000 руб. х 1% х 77 (количество дней в периоде).
Таким образом, общий размер неустойки, подлежащей взысканию с ИП в пользу истца, определен в размере 530 280 рублей (152 210 рублей + 378 070 рублей), однако ввиду ее несоразмерности последствиям нарушения ответчиком соответствующих обязательств уменьшен до 150 000 рублей.
В связи с изменением решения суда в части взыскания с ответчика неустойки, судом апелляционной инстанции произведен перерасчет подлежащего взысканию в пользу истца штрафа, размер которого также снижен по правилам статьи 333 ГК Российской Федерации и размера государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика в соответствующий бюджет.
(дело №2-50/2025, судья Бондаренко Н.П.;
апелляционное определение от 30 октября 2025 г. №33-1636/2025, докладчик Солдатов М.О.)
Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. №2300-1 «О защите прав потребителей» не предусматривает возможность взыскания неустойки по пункту 5 статьи 28 названного закона за несвоевременный возврат исполнителем (продавцом) денежных средств при отказе потребителя от услуги либо приобретения товара надлежащего качества.
Б.А.В. обратился в суд с иском к ООО «Анапское взморье» о взыскании неустойки за несвоевременный возврат денежных средств при отказе потребителя от брони отеля, штрафа, компенсации морального вреда.
Решением суда первой инстанции требования Б.А.В. удовлетворены частично, с ООО «Анапское взморье» в пользу Б.А.В. взыскана неустойка за период с 24 марта по 12 июня 2025 г. в размере 100 000 рублей, компенсация морального вреда в размере 15 000 рублей, штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требования потребителя размере 30 000 рублей.
Разрешая спор, суд первой инстанции, пришел к выводу о том, что ответчиком нарушены условия договора публичной оферты о возврате денежных средств в течение 45 календарных дней с момента поступления письменного заявления. Такое заявление получено ответчиком 6 февраля 2025 г., следовательно, возврат денежных средств должен был быть осуществлен не позднее 23 марта 2025 г., который является нерабочим днем, в связи с чем днем окончания срока является 24 марта 2025 г., поэтому неустойка подлежит начислению с 25 марта по 12 июня 2025 года, и составит: 142 472 рубля 40 коп. х 3% х 79 дней = 337 659 рублей 59 коп. Размер неустойки снижен судом до 100 000 рублей в связи с ее несоразмерностью последствиям нарушения обязательства. Определяя сумму компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей, суд учитывал фактические обстоятельств дела, требования разумности и справедливости, а также принял во внимание характер и объем нравственных страданий, которые претерпел истец.
Отменяя решение суда первой инстанции в части взыскания неустойки, и изменяя его в части взыскания штрафа и государственной пошлины, суд апелляционной инстанции исходил из того, что Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. №2300-1 «О защите прав потребителей» не предусматривает возможность взыскания неустойки за несвоевременный возврат исполнителем (продавцом) денежных средств при отказе потребителя от услуги либо приобретения товара надлежащего качества.
Положения статьи 28 (пункт 5) Закона о защите прав потребителей в системной взаимосвязи со статьей 31 указанного закона применяются к случаям нарушения срока удовлетворения требований потребителя о возврате уплаченной за работу (услугу) денежной суммы и возмещении убытков, причиненных в связи с отказом от исполнения договора, обусловленным нарушением исполнителем сроков выполнения работ (услуг), либо наличия недостатков выполненной работы (оказанной услуги).
Поскольку таких нарушений со стороны исполнителя судом установлено не было, вывод суда о взыскании неустойки, предусмотренной пунктом 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, основан на не правильном применении норм материального права.
В рассматриваемой ситуации имел место отказ от исполнения договора на основании статьи 32 Закона о защите прав потребителей, положения которой не предусматривают ни срок, в течение которых потребитель обязан оплатить фактически понесенные исполнителем расходы, ни срок, в течение которого исполнитель обязан вернуть излишне полученные денежные средства потребителю, ни санкции за нарушение таких сроков. Применительно к отказу от договора по правилам статьи 32 указанного Закона в случае несвоевременного возврата денежных средств ответственность исполнителя возможна по правилам статьи 395 ГК Российской Федерации, при этом таких требований истцом не заявлялось.
Вместе с тем, поскольку в силу статьи 15 Закона о защите прав потребителей, а также разъяснений, приведенных в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», достаточным условием для взыскания компенсации морального вреда является установленный факт нарушения прав потребителя (в данном случае факт нарушения со стороны ООО «Анапское взморье» прав потребителя истца на возврат стоимости услуги, которая была ему оплачена только после обращения в суд с соответствующим иском), судебная коллегия нашла обоснованным решение суда в части взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.
В связи с отменой решения суда в части взыскания неустойки, судом апелляционной инстанции изменено решение в части взыскания штрафа, который исчислен исходя из удовлетворенных требований о компенсации морального вреда, и составил 7 500 рублей.
(дело №2-1444/2025, судья Кечкина Н.В.;
апелляционное определение от 13 ноября 2025 г. №33-1716/2025, докладчик Солдатов М.О.)
2.4. Неправильное применение норм материального права при разрешении требований об обращении взыскания на заложенное движимое имущество
Начальная продажная цена движимого имущества, на которое обращается взыскание в судебном порядке, устанавливается судебным приставом-исполнителем исходя из действительной стоимости транспортного средства на момент его реализации.
Апелляционным определением от 10 декабря 2025 г. изменено решение суда по иску ПАО «Банк Уралсиб» к МТУ Росимущества в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и Пензенской области об обращении взыскания на заложенное имущество – автомобиль. Из резолютивной части решения исключено указание об установлении начальной продажной цены автомобиля, поскольку согласно части 1 статьи 85 Федерального закона от 2 октября 2017 г. №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» оценка имущества должника, на которое обращается взыскание, производится судебным приставом-исполнителем по рыночным ценам, если иное не установлено законодательством Российской Федерации. Следовательно, действующее законодательство обязанность по установлению начальной продажной цены заложенного движимого имущества возлагает на пристава-исполнителя, начальная продажная цена имущества определяется в результате проведенной судебным приставом-исполнителем в рамках исполнительного производства оценки заложенного имущества, на которое обращено взыскание в судебном порядке.
(дело №2-1560/2025, судья Бурлаков И.И.;
апелляционное определение от 10 декабря 2025 г. №33-1761/2025, докладчик Урявин Д.А.)
2.5. Неправильное применение норм материального права при разрешении земельных споров
При переоформлении прав на землю, не предусмотренных Земельным кодексом Российской Федерации установлению подлежит порядок и основания предоставления земельного участка, его площадь и конфигурация, фактическое месторасположение, наличие смежных землепользователей, согласование с ними границ земельного участка при проведении межевания.
А.А.В. обратился в суд с иском к Администрации городского округа Саранск о признании права собственности на земельный участок.
Решением суда первой инстанции исковые требования А.А.В. оставлены без удовлетворения, поскольку материалами дела не подтверждено нахождение земельного участка истца, именно в тех границах, которые указаны в межевых планах от 22 мая 2025 г. и 22 июля 2025 г. Кроме того межевой план, как первоначальный, так и уточненный не соответствуют требованиям закона, так как не содержат акта согласования границ земельного участка со смежными землепользователями, а в первом акте также отсутствует указание на основание предоставления земельного участка заявителю в большем размере. Само по себе заключение кадастрового инженера не может являться допустимым, достоверным и достаточным доказательством при установлении границ земельного участка. Каких-либо мер, по надлежащему уведомлению смежных землепользователей о согласовании границ спорного земельного участка, истцом не предпринималось.
Судом апелляционной инстанции решение отменено и принято по делу новое решение, которым требования А.А.В. удовлетворены, поскольку установлено, что добровольного отказа А.А.В. от своего вещного права не осуществлялось, оснований для прекращения его вещного права в принудительном порядке, предусмотренного частью 2 статьи 45 Земельного кодекса Российской Федерации, во внесудебном порядке не установлено. Спорный земельный участок был предоставлен истцу на праве пожизненного наследуемого владения, отсутствие в свидетельстве о праве собственности на землю указания на дату его выдачи об обратном свидетельствовать не может. Расхождения в площади истребуемого участка относительно площади указанной в правоустанавливающих документах устранено истцом путем уточнения исковых требований. Заброшенность смежных земельных участков подтверждается как свидетельскими показаниями, так и фотоматериалами, имеющимися в деле. Наличие смежных землепользователей, как по правоустанавливающим документам, так и по фактическому землепользованию судом не установлено.
Судебной коллегии представлен межевой план, подготовленный кадастровым инженером в связи с образованием земельного участка из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности. По итогам проведенных работ был сформирован земельный участок истца площадью 400 кв.м, с каталогом координат, идентичным приведенному истцом при уточнении исковых требований.
Руководствуясь частью 7 статьи 39 Закона о кадастровой деятельности, кадастровым инженером был выбран способ согласования местоположения границ земельного участка посредством проведения собрания заинтересованных лиц. Извещение о проведении собрания было опубликовано в газете «Известия Мордовии» в связи с отсутствием в ЕГРН сведений о правообладателях смежных земельных участков. На собрание никто не явился.
В ходе работ кадастровым инженером был использован ортофотоплан масштаба 1:5000 №б/н от 1 января 1999 г., выданный ВИСХАГИ, обновленный 1 января 2008 г., подтверждающий закрепление границ земельного участка на местности длительное время.
Возражения стороны ответчика относительно расположения границ земельного участка и их геометрической формы, отличной от идеального четырехугольника носят абстрактный характер и в качестве объективных оснований для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований расцениваться не могут, поскольку в данном случае речь идет не о новом предоставлении земельного участка, а о подтверждении ранее возникших прав на земельный участок. Кроме того, в судебном заседании истец и его представитель пояснили, что отхождение одной из границ земельного участка от прямой линии обусловлено особенностями рельефа местности.
Оснований для назначения по настоящему делу землеустроительной экспертизы с учетом вышеизложенного, судебная коллегия не усмотрела.
Исходя из приведенных обстоятельств, судебная коллегия пришла к выводу, что оснований для отказа в удовлетворении исковых требований не имелось.
(дело №2-1512/2025, судья Бурлаков И.И.;
апелляционное определение от 4 декабря 2025 г. по делу №33-1858/2025, докладчик Солдатов М.О.)
2.6. Неправильное применение норм материального права при разрешении трудовых споров
Выявление и собирание доказательств по делу является деятельностью не только лиц, участвующих в деле, но и суда, в обязанность которого входит установление того, какие доказательства могут подтвердить или опровергнуть факты, входящие в предмет доказывания. В случае недостаточности доказательственной базы для вынесения законного и обоснованного решения суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства.
К.А.Ю. обратилась в суд с иском к ИП Н.Ю.В. об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности заключить трудовой договор, внести запись в трудовую книжку о работе в должности продавца, предоставить соответствующие сведения на работника в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации и в налоговый орган, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда.
Решением суда первой инстанции ее требования удовлетворены частично. Установлен факт трудовых отношений К.А.Ю. с ИП в должности продавца с 25 августа 2023 г. по 4 июня 2024 г. На ИП возложены обязанности оформить трудовой договор с К.А.Ю. от 25 августа 2023 г., включив в него все существенные условия, указанные в статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации, внести запись в трудовую книжку К.А.Ю. о работе в должности продавца с 25 августа 2023 г. по 4 июня 2024 г., предоставить в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия сведения для включения в индивидуальный лицевой счет работника К.А.Ю., предусмотренные действующим законодательством, и представить в налоговый орган по месту учета сведения на работника К.А.Ю. за период с 25 августа 2023 г. по 4 июня 2024 г.
С ИП в пользу истца взысканы денежная компенсация за неиспользованный отпуск в размере 20 158 рублей 55 коп., денежная компенсация за нарушение сроков выплаты заработной платы и за нарушение сроков выплаты компенсации за неиспользованный отпуск в размере 473 рублей 05 коп., компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей, судебные расходы.
Исковые требования о взыскании оставшейся задолженности за невыплаченную заработную плату, денежной компенсации (процентов) за нарушение сроков выплаты заработной платы и денежной компенсации за неиспользованный отпуск за каждый день просрочки с учетом остатка, за период с 28 июня 2024 г. по момент их фактической выплаты, а также денежной компенсации (процентов) за нарушение сроков выплаты заработной платы, денежной компенсации за неиспользованный отпуск, денежной компенсации (процентов) за нарушение сроков выплаты денежной компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда в большем размере, оставлены без удовлетворения.
Рассматривая дело в апелляционном порядке, судебная коллегия не согласилась с принятым судом первой инстанции за основу решения порядком расчета и размером заработной платы истца, компенсацией за неиспользованный отпуск, о количестве отработанных смен в спорные месяцы, а также о размере денежной суммы, взысканной в счет компенсации морального вреда.
Судом первой инстанции, при разрешении требований истца в части заработной платы взята за основу заработная плата за аналогичные периоды (май и июнь 2024 года) К.А.В., которая в период с мая по 5 июня 2024 года являлась напарницей истца. При этом также судом приняты во внимание сведения табеля учета рабочего времени, согласно которым в мае 2024 года ею отработано 15 дней.
Между тем, судом первой инстанции остались без внимания обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора в части денежных притязаний истца. Так, судом не выяснено, когда именно и в счет каких выплат получены истцом денежные суммы в размере 19 891 рубль и 19 445 рублей (о чем ею указано в иске), даты получения заработной платы истцом, размер заработной платы.
Выявление и собирание доказательств по делу является деятельностью не только лиц, участвующих в деле, но и суда, в обязанность которого входит установление того, какие доказательства могут подтвердить или опровергнуть факты, входящие в предмет доказывания.
В случае недостаточности доказательственной базы для вынесения законного и обоснованного решения суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства.
Судом первой инстанции достаточных мер к выявлению и собиранию доказательств не предпринято, судебной коллегией суда апелляционной инстанции собраны дополнительные доказательства, стороне ответчика предложено представить дополнительные доказательства, подтверждающие значимые для дела сведения (расчет процента с продаж, полагающегося продавцу, на примере выручки за май 2024 года; сведения о датах выплаты заработной платы, установленных истцу; сведения о датах выплаты истцу указанных ею денежных сумм в размере 19 891 рубль и 19 445 рублей, с пояснениями относительно того, в счет чего уплачена каждая из сумм с приведением соответствующего расчета, с приложением сведений о получении указанных сумм истцом и датах их получения; сведения о сумме выручке магазина за июнь 2024 года (с расшифровкой по дням и указанием общей суммы); сведения о том, каким образом рассчитывался аванс, выдаваемый К.А.В. в мае и июне 2024 года; сведения о том, отличались ли даты выдачи заработной платы истца и К.А.В. и по какой причине (в исковом заявлении К.А.Ю. указала, что заработная плата за первую половину месяца выдавалась ей 30 числа текущего месяца, при этом согласно пункту 5.4 трудового договора, заключенного ответчиком с напарником истца К.А.В., заработная плата выплачивается 25 числа и 10 числа месяца, следующего за тем, в котором была начислена); сведения о том, отличались ли заработные платы К.А.В. и истца (в частности, в части установления доплаты в виде процента с продаж) и по какой причине; подробную письменную позицию по обозначенным судом выше обстоятельствам).
Также идентичную информацию судом предложено сообщить и истцу.
Исходя из позиций сторон, дополненных письменными пояснениями, адресованными суду апелляционной инстанции, судебная коллегия пришла к выводу о необоснованности решения суда первой инстанции в части количества смен (рабочих дней), отработанных истцом, расчета заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации за несвоевременную выплату причитающихся истцу денежных сумм. Изменяя решение в данной части, судом апелляционной инстанции в апелляционном определении приведен подробный анализ обстоятельств дела и соответствующий расчет заявленных требований.
(дело №2-62/2025, судья Тарасова Н.Н.;
апелляционное определение от 31 июля 2025 г. по делу №33-1169/2025, докладчик Селезнева О.В.)
2.7. Неправильное применение норм материального права при разрешении споров, связанных с ответственностью наследников по долгам наследодателей
При разрешении споров об ответственности наследников по долгам наследодателей в качестве юридически значимых обстоятельств необходимо выяснять наличие сведений о фактическом существовании и месте нахождения наследственного имущества.
Решением суда первой инстанции частично удовлетворены исковые требования ПАО Сбербанк к МТУ Росимущества в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и Пензенской области о взыскании задолженности по кредитному договору, признании имущества умершего заемщика Б.Н.Н. выморочным, обращении взыскания на выморочное имущество. С МТУ Росимущества в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и Пензенской области в пользу ПАО Сбербанк взыскана задолженность по кредитному договору в пределах стоимости наследственного имущества, путем обращения взыскания на денежные средства, хранящиеся на счетах, открытых на имя Б.Н.Н. в Банках и автомобиль марки Хендэ Акцент.
Судом апелляционной инстанции решение суда изменено, из состава наследственного имущества Б.Н.Н. исключен автомобиль Хендэ Акцент.
Судебной коллегией при проверке доводов апелляционной жалобы в качестве юридически значимого обстоятельства определено установление наличия сведений о фактическом существовании и месте нахождения автомобилей Хендэ Акцент и ВАЗ 21214, принадлежащих умершему заемщику Б.Н.Н.
При проверке вышеуказанных обстоятельств, на запросы судебной коллегии из ОМВД России «Арзамаский» и МО МВД «Батыревский» поступили копии договоров купли-продажи, согласно которым автомобиль Хендэ Акцент продан Б.Н.Н. гражданину А.Р.Р., а автомобиль ВАЗ 21214 – гражданину К.А.С.
Как следует из карточек учета транспортных средств, Хендэ Акцент, поставлен на регистрационный учет А.Р.Р., а ВАЗ 21214 поставлен на регистрационный учет К.А.С.
Учитывая, что вышеуказанные транспортные средства реализованы Б.Н.Н. до смерти, судебная коллегия пришла к выводу о том, что указанное имущество не входит в состав наследственной массы Б.Н.Н.
(дело №2-752/2025, судья Догорова Е.Ю.;
апелляционное определение от 27 августа 2025 г. №33-1208/2025, докладчик Урявин Д.А.)
По аналогичным основаниям изменено решение суда по гражданскому делу №2-506/2025, судья Митрошкина Е.П. (апелляционное определение №33-1297/2025 от 26 августа 2025 г., докладчик Аитова Ю.Р.).
2.8. Неправильное применение норм материального права при разрешении споров о признании публичных торгов недействительными
По искам о признании публичных торгов недействительными на истца подлежит возложению бремя доказывания наличия нарушения закона при проведении торгов, имеющих существенное влияние на их результаты, а также привели ли указанные нарушения к ущемлению прав и законных интересов истца, которые будут восстановлены в случае признания торгов недействительными. Публичные торги могут быть признаны недействительными в связи с допущенными судебным приставом-исполнителем нарушениями, повлекшими за собой незаконную передачу на публичные торги имущества должника.
К.А.А. обратился в суд с иском к МТУ Росимущества в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и Пензенской области (далее - МТУ Росимущества) о признании торгов недействительными, о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании убытков.
Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены. Признаны недействительными публичные торги по реализации арестованного (заложенного) имущества: квартиры, проведенные ООО «Интера» по поручению МТУ Росимущества от 3 марта 2023 г. Признан недействительным договор купли-продажи арестованного недвижимого имущества от 22 марта 2023 г., заключенный между ООО «Интера», действующем от имени и по поручению МТУ Росимущества и К.А.А. Применены последствия недействительности сделки путем взыскания с МТУ Росимущества в пользу К.А.А. денежных средств, уплаченных по договору купли-продажи от 22 марта 2023 г. в размере 1 817 300 рублей. В собственность Б.Ю.В. возвращено жилое помещение - квартира, право собственности К.А.А. на указанную квартиру прекращено. С МТУ Росимущества в пользу К.А.А. взысканы расходы, связанные с проведением торгов, в размере 179 730 рублей, а также расходы по уплате госпошлины.
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, установив, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 24 января 2024 г. решение суда, которым обращено взыскание на заложенную квартиру было отменено, и в удовлетворении требований об обращении взыскания на заложенное имущество отказано, пришел к выводу о признании торгов и заключенного на торгах договора купли-продажи недействительными, применив последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности на указанную квартиру за первоначальным собственником Б.Ю.В., прекращения права собственности К.А.А. на данную квартиру и взыскания с МТУ Росимущества как со стороны, заключившей договор купли-продажи, уплаченную по договору сумму, а также убытков и расходов по уплате государственной пошлины.
Судом апелляционной инстанции 26 февраля 2025 г. решение оставлено без изменения.
Определением суда кассационной инстанции от 22 мая 2025 г. определение суда апелляционной инстанции отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.
При повторном рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, решение суда первой инстанции отменено, принято новое решение, котором в удовлетворении требований К.А.А. отказано.
Разрешая исковые требования суд апелляционной пришел к выводу, что стороной истца нарушений порядка и процедуры проведения оспариваемых торгов не приведено. Взыскание из федерального бюджета денежных средств в пользу К.А.А. в размере стоимости приобретенного на аукционе имущества должника Б.Ю.В., которые в федеральном бюджете не остались, а перечислены в счет оплаты долга Б.Ю.В., а часть денежных средств переданы Б.Ю.В. приведёт к неосновательному обогащению должника, долг за которого фактически погашен за счет средств федерального бюджета с одновременным оставлением в ее собственности квартиры.
Определением суда кассационной инстанции от 26 ноября 2025 г. определение суда апелляционной инстанции отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.
При новом рассмотрении дела 22 января 2026 г. судом апелляционной инстанции, решение суда первой инстанции оставлено без изменений.
(дело №2-2280/2024, судья Догорова Е.Ю.;
апелляционное определение от 26 августа 2025 г. №33-1124/2025, докладчик Аитова Ю.Р.)
2.9. Неправильное применение норм материального права при разрешении споров о взыскании задолженности по кредитным договорам (договорам займа)
Судом не приняты во внимание положения Постановления Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 г. №497 о введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, который действовал 1 апреля 2022 г. в течение шести месяцев и оставлен без внимания довод ответчика, заявленный в суде первой инстанции о явной несоразмерности пени последствиям нарушения обязательства.
ООО ПКО «АйДи Коллект» к С.Г.С. о взыскании задолженности по договору займа, образовавшейся за период с 8 апреля по 19 мая 2022 г., в том числе основного долга 39 310 рублей 51 коп., процентов 17 504 рублей 38 коп., штрафа 7 805 рублей 05 коп.
Решением суда первой инстанции требования удовлетворены в полном объеме.
Судебная коллегия суда апелляционной инстанции, исходя из того, что имеющимися в деле доказательствами подтверждено, что кредитором заемщику предоставлены денежные средства, а доказательств о надлежащем исполнении заемщиком условий договора не представлено, сочла правомерными выводы суда о взыскании суммы основного долга и процентов.
Вместе с тем, суд апелляционной инстанции изменил решение в части взысканных пени (штрафа), указав на не применение судом положений Постановления Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 г. №497 о введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, который действовал с 1 апреля 2022 г. в течение шести месяцев, то есть в период с 1 апреля 2022 г. по 1 октября 2022 г.
Согласно статье 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.
Определение видов экономической деятельности, а также отдельных категорий лиц и (или) перечня лиц, пострадавших в результате обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, на которые распространяется действие моратория, в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве отнесено к прерогативе Правительства Российской Федерации.
При этом по буквальному смыслу названной статьи на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2023 г. №3425-О).
Постановлением №497 сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, за исключением лиц, указанных в пункте 2 постановления.
В силу пункта 2 постановления №497 указаны должники, в отношении которых мораторий не применяется.
Данный мораторий, как инструмент государственного регулирования экономики антикризисной направленности, был введен в целях обеспечения развития российской экономики в условиях внешнего санкционного давления и направлен на минимизацию последствий и повышение устойчивости российской экономики в условиях санкционного режима в 2022 году.
В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 г. №44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) разъяснено, что в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.
Таким образом, из приведенных положений правовых актов и разъяснений следует, что мораторий на начисление неустойки применяется ко всем категориям лиц, за исключением указанных в пункте 2 постановления №497 и независимо от того, обладают ли данные лица признаками неплатежеспособности и (или) достаточности имущества.
Доказательств, позволяющих сделать вывод об осуществлении ответчиком гражданских прав исключительно с намерением причинить вред истцу, об ином заведомо недобросовестном осуществлении гражданских прав (злоупотреблении правом), не представлено, наличие оснований для принятия к ответчику мер, предусмотренных статьей 10 ГК Российской Федерации, не установлено.
В этой связи, судебная коллегия пришла к выводу об исключении из расчета заявленных пени периода действия моратория с 8 апреля по 19 мая 2022 г., в связи с чем размер пени составил 4 717 рублей 26 коп.
Кроме того, судебная коллегия нашла заслуженным внимания довод ответчика, заявленный в суде первой инстанции о явной несоразмерности пени последствиям нарушения обязательства, который необоснованно оставлен без внимания.
Принимая во внимание, что расчет пени за просрочку платежей произведен по ставке 1% за каждый день просрочки (192,842% среднее значение процентной ставки), показатели платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, не превышали 30% годовых, судебная коллегия посчитала исчисленный размер пени явно несоразмерным последствиям нарушения обязательства и снизила пени до 2 000 рублей, что будет соответствовать характеру и обстоятельствам допущенного ответчиком нарушения, компенсационной природе неустойки, соблюдению баланса интересов сторон.
(дело №2-693/2025, судья Скуратович С.Г.;
апелляционное определение от 19 ноября 2025 г. №33-1728/2025, докладчик Аитова Ю.Р.)
2.10. Неправильное применение норм материального права при разрешении споров о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя
По делам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, истец должен представить суду доказательства именно незаконности действий (бездействия) пристава, выраженных в неправомерном порядке совершения действий в рамках возбужденного исполнительного производства.
К.Н.С. обратился в суд с иском к УФССП России по Республике Мордовия о возмещении убытков, компенсации морального вреда, в обоснование которого указано, что постановлением судебного пристава-исполнителя на основании вступившего в законную силу постановления по делу об административном правонарушении в отношении него возбуждено исполнительное производство, предмет исполнения - административный штраф в размере 1 000 рублей. 11 августа 2023 г. судебным приставом-исполнителем вынесено семь постановлений об обращении взыскания на денежные средства должника, находящиеся в банке или иной кредитной организации, которые направлены в его адрес 11 августа 2023 г., и получены им 18 августа 2023 г. Указывает, что к моменту прочтения им вышеуказанных постановлений, требования исполнительного документа фактически уже были исполнены путем списания денежных средств с его счетов, открытых в ПАО «Сбербанк России» и АО «Почта Банк». Несмотря на указанные обстоятельства, денежные средства были также списаны с вклада, открытого на его имя в АО «Российский сельскохозяйственный банк», в результате чего им не были получены проценты по вкладу в размере 49 174 рублей 68 коп. Вышеизложенными незаконными действиями судебных приставов-исполнителей ему причинены нравственные страдания.
Просил взыскать с УФССП России по Республике Мордовия убытки в размере 49 174 рублей 68 коп., компенсацию морального вреда 15 000 рублей, судебные расходы по уплате государственной пошлины 7 000 рублей.
Решением суда первой инстанции исковые требования К.Н.С. удовлетворены частично, с Российской Федерации в лице ФССП за счет казны Российской Федерации в его пользу взысканы убытки в размере 20 676 рублей 32 коп., компенсация морального вреда 5 000 рублей. В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения. Произведено распределение судебных расходов.
Апелляционным определением от 5 июня 2025 г. решение суда в части частичного удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда отменено, в указанной части принято новое решение, которым названные исковые требования оставлены без удовлетворения. Это же решение в части взыскания судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 7 000 рублей изменено и взыскана государственная пошлина в сумме 4 000 рублей. В остальной части решение оставлено без изменения.
Определением Судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2025 г. апелляционное определение от 5 июня 2025 г. отменено в части оставления без изменения решения суда первой инстанции о взыскании убытков в размере 20 676 рублей 32 коп. и в части изменения этого же решения о взыскании государственной пошлины.
При новом рассмотрении судом апелляционной инстанции отменено решение в части взыскания убытков, государственной пошлины, принято новое решение, которым исковые требования оставлены без удовлетворения.
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что в связи с неправомерными действиями судебного пристава-исполнителя, то есть именно в результате ненадлежащего исполнения судебным приставом-исполнителем своих обязанностей, истцу были причинены убытки в виде неполученных процентов по банковскому вкладу, в связи с чем, имеются основания для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности за причиненные истцу убытки.
При этом, определяя размер убытков, подлежащих возмещению истцу, суд первой инстанции, учитывая, что начиная с 15 августа 2023 г. истец К.Н.С. знал о списании денежных средств по указанному вкладу, о перечислении остатка и начисленных процентов на другой счет через систему «Мобильный банк», установленную на телефоне, имел возможность заключить договоры о размещении оставшихся денежных средств на вклады и иные сроки на более выгодных условиях, чем мог уменьшить убытки, но не принял для этого разумных мер, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца убытков в виде недополученных процентов за период с 14 марта по 15 августа 2023 г. без учета процентов, выплаченных исходя из ставки 0,01 %, в размере 20 676 рублей 32 коп.
Судебная коллегия не согласилась с изложенными выводами суда первой инстанции в части разрешения требований о взыскании убытков, указав, что для применения ответственности, предусмотренной статьей 1069 ГК Российской Федерации, лицо, требующее возмещение убытков, за счет государства, должно доказать противоправность действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда. Ответственность за незаконные действия должностных лиц государственных органов наступает при наличии в совокупности общих (статья 1064 ГК Российской Федерации) и специальных (статья 1069 Кодекса) условий (такими условиями являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между ними, а также вина причинителя вреда и размер причиненного вреда).
В рассматриваемом споре истец, который ссылается на наличие незаконных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя, должен представить суду доказательства именно незаконности действий (бездействия) пристава, выраженных в неправомерном порядке совершения действий в рамках возбужденного исполнительного производства, в которых истец является должником. Между тем, таковых стороной истца в нарушение статьи 56 ГПК Российской Федерации не представлено.
В этой связи, принимая во внимание наличие возбужденного исполнительного производства о взыскании с истца задолженности в виде административного штрафа, которая в установленный законом срок должником в добровольном порядке погашена не была, а также то обстоятельство, что действия судебного пристава-исполнителя по обращению взыскания на денежные средства должника незаконными, вступившими в законную силу решениями судов, не признавались, исполнение требований исполнительного документа произведено судебным приставом-исполнителем согласно его содержанию, списанные со счетов истца денежные средства израсходованы на погашение задолженности перед данным кредитором, судебная коллегия пришла к выводу, что отсутствует состав гражданского правонарушения, и, следовательно, при таких обстоятельствах, когда не имеется доказательств, подтверждающих наличие предусмотренных законом элементов ответственности для возмещения убытков, исковые требования о взыскании убытков в размере 49 174 руб. 68 коп. удовлетворению не подлежат.
Кроме того, суд апелляционной инстанции принял во внимание, что одностороннее уменьшение банком размера процентов по договору банковского вклада (депозита) допускается только в случаях, прямо предусмотренных федеральным законом. Возможность расчета процентов по вкладу в размере, соответствующем размеру процентов, выплачиваемых банком по вкладам до востребования, отличающемся от изначально согласованного между сторонами размера процентов на сумму вклада, связывается исключительно с волеизъявлением вкладчика на досрочное возвращение срочного вклада либо его части до истечения срока, либо до наступления иных обстоятельств, указанных в договоре банковского вклада. К таким действиям не может быть отнесено принудительное списание денежных средств со вклада, которое осуществляется кредитной организацией вне зависимости от воли потребителя.
Поскольку истцом оплачена государственная пошлина в размере 7 000 рублей за рассмотрение требований о взыскании убытков и компенсации морального вреда, а в удовлетворении требований отказано, судебная коллегия не нашла оснований для взыскания с ответчиков в пользу истца расходов по оплате государственной пошлины.
(дело №2-205/2024, судья Скуратович С.Г.;
апелляционное определение от 20 ноября 2025 г. №33-1742/2025, докладчик Ионова О.Н.)
2.11. Неправильное применение норм материального права при разрешении споров о разделе совместно нажитого имущества супругов
По делам о разделе совместно нажитого имущества супругов необходимо учитывать насколько принимаемое решение приведет к окончательному разрешению спора между супругами, а также учитывать объем всего совместно нажитого имущества и его стоимость, фактически сложившийся порядок пользования имуществом, нуждаемость каждой из сторон в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования имуществом. При определении размера компенсации за имущество, переданное одному из супругов, стоимость которого превышает стоимость переданного второму супругу имущества необходимо руководствоваться его рыночной стоимостью, определяемом на время рассмотрения дела.
И.Т.И. обратилась в суд с иском к И.М.С. о разделе совместно нажитого имущества, состоящего из двух квартир, разделе задолженности по кредитным обязательствам. Просила суд одну квартиру передать ей, а вторую супругу с выплатой ему соответствующей денежной компенсации.
И.М.С. обратился со встречным иском к И.Т.И. о разделе совместно нажитого имущества, состоящего из двух квартир, разделе задолженности по кредитным обязательствам. Просил суд выделить сторонам по ½ доли в праве общей долевой собственности на каждую квартиру.
Решением суда первой инстанции требования И.Т.И. оставлены без удовлетворения, встречные требования И.М.С. удовлетворены частично. Квартиры признаны совместно нажитым имуществом супругов и за каждым из них признано право собственности на ½ доли в каждой квартире. Денежные обязательства, возникшие из кредитных договоров, признаны общим долгом супругов.
Определением суда апелляционной инстанции от 26 февраля 2025 г. решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований И.Т.И. о признании за ней права собственности на одну квартиру, признании за И.М.С. права собственности на другую квартиру отменено, в указанной части принято новое решение об удовлетворении требований. За И.Т.И. признано право собственности на одну квартиру, а за И.М.С. на другую. С И.Т.И. в пользу И.М.С. взыскана денежная компенсация в размере 1 152 000 рублей. В удовлетворении исковых требований И.М.С. о выделе в личную собственность каждого из супругов по ½ доли каждому в праве общей долевой собственности на квартиры отказано.
Соглашаясь с требованием И.Т.И., судебной коллегией учтено, что с ней проживает несовершеннолетний ребенок, фактически сложившийся порядок пользования квартирами, нуждаемость каждой из сторон в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования имуществом.
Судебная коллегия по гражданским делам Первого кассационного суда отменила определение апелляционной инстанции в части размера взысканной компенсации.
При повторном рассмотрении дела судом апелляционной инстанции решение суда изменено в части размера денежной компенсации, взысканной с И.Т.И. в пользу И.М.С. с 1 152 000 рублей до 576 000 рублей.
Изменяя решение, суд апелляционной инстанции исходил из того, что поскольку истцу И.Т.И. передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ей долю, то ответчику И.М.С. следует присудить соответствующую денежную компенсацию. При определении ее размера судебная коллегия руководствовалась рыночной стоимостью приобретенного сторонами недвижимого имущества, установленной заключением эксперта от 20 августа 2024 г., согласно которому рыночная стоимость на день проведения экспертизы одной квартиры, подлежащей передаче в собственность истца составляет 5 550 000 рублей, а второй квартиры, подлежащей передаче в собственность ответчика - 4 398 000 рублей, приведя расчет (5 550 000 рублей + 4 398 000 рублей =9 948 000 рублей / 2 = 4 974 000 рублей. 5 550 000 рублей - 4 974 000 рублей = 576 000 рублей. При этом суд апелляционной инстанции отклонил доводы истца о необходимости определении стоимости спорных квартир исходя из их кадастровой стоимости, а не рыночных цен с согласия ответчика, поскольку как следует из пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. №15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела. На основании изложенного суд должен исходить из реальной стоимости имущества, которая определяется по рыночным ценам. При этом, ответчик, вопреки доводам истца, вопрос об определении стоимости спорного недвижимого имущества, оставил на усмотрение судебной коллегии, письменных заявлений о признании требований о необходимости при определении размера взыскиваемой с нее денежной компенсации в его пользу, руководствоваться кадастровой стоимостью спорных квартир, ответчиком представлено не было.
(дело №2-517/2024, судья Кечкина Н.В.;
апелляционное определение от 9 сентября 2025 г. №33-1347/2025, докладчик Аитова Ю.Р.)
2.12. Неправильное применение норм материального права при разрешении споров о признании недействительным (ничтожным) кредитного договора
При разрешении требований о признании недействительным (ничтожным) кредитного договора судом подлежат оценке действия Банка как профессионального участника правоотношений с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности при заключении договора и исполнении обязательств.
М.А.А. обратилась в суд с иском к ПАО Банк ВТБ, АО «Страховое общество газовой промышленности» о признании недействительным (ничтожным) кредитного договора, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным (ничтожным) оформление страховой премии по кредитному договору.
Решением суда первой инстанции в удовлетворении требований М.А.А. отказано, поскольку каких-либо действий, отличных от нормального поведения заемщика, при заключении кредитного договора и получении кредита истцом совершено не было, истец не направлял в Банк распоряжение о незамедлительном перечислении полученных им кредитных денежных средств на счета иных лиц, в связи с чем у ответчика не могли возникнуть сомнения в осуществлении операции по оформлению кредита без согласия клиента. Доказательств о том, что Банк ВТБ (ПАО) при заключении спорного договора действовал недобросовестно, обманывал, вводил истца в заблуждение, либо знал о совершении в отношении М.А.А. третьими лицами мошеннических действий, в материалах дела не имеется. Следовательно, суд первой инстанции не усмотрел в действиях Банка по предоставлению истцу кредита и выдаче истцу наличных денежных средств нарушений принципа добросовестности, разумности и должной осмотрительности.
Судом апелляционной инстанции решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований М.А.А. о признании недействительным (ничтожным) кредитного договора, применении последствий недействительности сделки отменено, принято в указанной части новое решение, которым исковые требования М.А.А. удовлетворены, признан недействительным (ничтожным) кредитный договор, заключенным между Банком ВТБ (ПАО) и М.А.А., применены последствия недействительности ничтожной сделки путем взыскания с Банка ВТБ (ПАО) в пользу М.А.А. денежных средств, выплаченных им по недействительному кредитному договору в размере 298 079 рублей, признав задолженность по указанному кредитному договору в размере 410 711 рублей отсутствующей.
Как указал суд апелляционной инстанции, при рассмотрении гражданского дела истец обращал внимание суда первой инстанции на то, что намерения заключать кредитный договор у него не было, что звонившие ему по телефону лица представились сотрудниками Банка ВТБ, а денежные средства после одобрения были сняты в банкомате другого региона, неустановленным лицом, которому он не переводил денежные средства.
Как следует из дела, договор заключен посредством направления Банком истцу СМС-сообщений. Номер телефона, на который направлялись смс-сообщения принадлежит абоненту М.А.А.
Из представленных лог-файлов, выгрузки смс-сообщений усматривается, что аутентификация клиента М.А.А. проведена успешно на основании его доверенного номера мобильного телефона. В протоколе операции цифрового подписания указано, что не применимо определение модели устройства, с которого происходил вход в мобильное приложение, в рамках которой подписан электронный документ, так же, как и название устройства клиента.
Направленные в адрес М.А.А. сообщения содержали информацию об одобрении кредита на сумму 616 522 рублей; денежные средства по кредитному договору на сумму 500 000 рублей перечислены на счет М.А.А.
Из представленной выписки по счету следует, что кредитные денежные средства в размере 616 522 рублей были зачислены на текущий счет истца, из них 116 522 рубля списано в счет оплаты страховой премии за продукт «Финансовый резерв», в дальнейшем денежные средства по частям в размере 100 000 рублей, 200 000 рублей, 200 000 рублей были сняты в банкомате г.Ижевск.
При этом согласно сведениям о местоположении базовых станций по номеру телефона М.А.А., предоставленным ПАО «Мегафон» по запросу суда апелляционной инстанции, в дату заключения договора абонент зафиксирован в период времени с 00 час. 08 мин. до 23 час. 00 мин. по адресам в г. Саранске.
Кроме того, как следует из детализации оказанных услуг между входящими смс-сообщениями Банка ВТБ (ПАО) в период времени 16 час. 27 мин. произошла переадресация вызова: Самарская область, то есть в момент введения кода для оформления кредитного договора.
Так, очевидно, что характер проводимых операций (время осуществления, место снятия денежных средств – г.Ижевск, при том, что все остальные операции по счету производились в г.Саранск, их хронология, а также скоротечность – денежные средства сняты частями в короткий промежуток времени) не соответствовали операциям, обычно совершаемым М.А.А., и при проявлении со стороны Банка должной добросовестности и осмотрительности должны были быть приостановлены.
Ответчиком доказательств принятия необходимых мер предосторожности при дистанционном оформлении кредитного договора при рассмотрении дела не представлено.
Изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что соответствующие действия М.А.А. не были вызваны его намерением получить кредитные средства, а напротив, он был убежден, что целью совершаемых им действий является противодействие с помощью службы безопасности Банка несанкционированному осуществлению банковских операций от его имени.
Таким образом, поскольку М.А.А. не выражал волеизъявления на заключение спорного кредитного договора, такой договор заключен от его имени иным лицом вопреки его воле и его интересам, не повлек для него положительного правового эффекта, поскольку кредитные денежные средства фактически он не получал, а Банк, исходя только из формального соблюдения порядка подписания договора, не убедился, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица, то риск последствий заключения кредитного договора, который подписан от имени заемщика неустановленным лицом, в том числе электронной подписью путем введения неперсонифицированного пароля, несет Банк, а не лицо, которое не выражало своей воли на заключение договора.
Названные доводы оценки со стороны суда не получили. Действиям Банка как профессионального участника правоотношений с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности при заключении договора и исполнении обязательств судом правовой оценки не дано.
Суд первой инстанции, ссылаясь на наличие волеизъявления М.А.А. на заключение кредитного договора, в нарушение части 2 статьи 56 ГПК Российской Федерации не дал надлежащей оценки и последующему поведению последнего, который обратился в полицию, где возбуждено уголовное дело, и он признан потерпевшим.
При этом, судебная коллегия не усмотрела нарушений прав истца по оформлению банком страховой премии по кредитному договору, поскольку само по себе оформление страховой премии для заключения договора страхования по кредитному договору, который признается недействительным, никаких обязательств на него не возлагает, защита его прав осуществлена путем возврата взысканных по кредитному обязательству денежных средств и признании долга по нему отсутствующим, требований о признании договора страхования по кредитному договору не заявлялось.
(дело №2-728/2025, судья Бондарева Н.В.;
апелляционное определение от 16 октября 2025 г. №33-1439/2025, докладчик Ионова О.Н.)
2.13. Неправильное применение норм материального права при разрешении споров о признании сведений, опубликованных в средствах массовой информации недостоверными
При разрешении требований о признании сведений, опубликованных в средствах массовой информации недостоверными, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию заключение лингвистической экспертизы должно содержать лингвистический анализ объекта исследования, оценку, данную основным критериям разграничения утверждений о фактах от иных форм выражения информации, подробное описание и обоснование проведенного экспертом исследования относительно содержания исследуемого текста. Выводы применительно к используемой методики должны быть аргументированы.
Ввиду не соответствия экспертного заключения лингвистической экспертизы, положенной в основу решения суда первой инстанции, указанным требованиям, судом апелляционной инстанции по делу по иску Н. к ООО «Редакция еженедельной газеты «Столица С», Х.Я.С. назначена повторная судебная лингвистическая экспертиза, принятая в качестве надлежащего доказательства, в связи с чем решение суда изменено в части указания объема сведений, подлежащих признанию недостоверными, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца. Кроме того, изменен срок, установленный судом первой инстанции, необходимый для выпуска статьи, содержащей опровержение и размещения указанного опровержения в сети «Интернет», а также в телеграмм-канале и социальных сетях в пяти до десяти календарных дней со дня вступления решения суда в законную силу.
Также, с учетом фактических обстоятельств дела, требований норм закона, проанализировав содержание и смысловую нагрузку оспариваемых истцом сведений, принимая во внимание, что спорные высказывания ответчика являются утверждениями о фактах негативного характера, нарушают неимущественные права истца, а также принимая во внимание степень вины ответчика и тот факт, что судом апелляционной инстанции на основании заключения повторной судебной лингвистической экспертизы установлен иной объем негативных утверждений о фактах, не соответствующих действительности, снижен размер компенсации морального вреда с 200 000 рублей до 120 000 рублей.
(дело №2-4/2025, судья Бурлаков И.И.;
апелляционное определение от 6 августа 2025 г. по делу №33-775/2025, докладчик Куманева О.А.)
3. Несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела
По делам о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, исходя из существа рассматриваемого спора, к юридически значимым обстоятельствам относится установление того, чьи действия именно с технической точки зрения находились в причинно-следственной связи с наступившими в результате дорожно-транспортного происшествия последствиями в виде причинения ущерба, что обуславливает и разрешение вопроса о вине и степени вины участников дорожно-транспортного происшествия, для чего исходя из обстоятельств дела, собранных по делу доказательств, позиций сторон, необходимо решать вопрос о целесообразности назначения по делу соответствующей судебной автотехнической экспертизы.
М.А.С. обратился в суд с иском к Б.И.В. о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 91 458 рублей, указав на нарушение Б.И.В. Правил дорожного движения.
Б.И.В. обратился в суд с встречным иском к М.А.С. о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 122 100 рублей, считая, что оно произошло в результате нарушения М.А.С. Правил дорожного движения.
Решением суда первой инстанции требования М.А.С. к Б.И.В. удовлетворены частично, с Б.И.В. в пользу М.А.С. взыскан материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 45 729 рублей, встречные исковые требования Б.И.В. к М.А.С. удовлетворены частично, с М.А.С. в пользу Б.И.В. взыскан материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 56 405 рублей.
Разрешая спор и удовлетворяя иски частично, суд первой инстанции, поскольку размер причиненного автомобилям сторон не оспаривался, о назначении по делу судебной автотехнической экспертизы не заявлено, исходил из наличия обоюдной вины водителей М.А.С. и Б.И.В. в произошедшем дорожно-транспортном происшествии (по 50%), указав, что нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации, допущенные водителями, состоят в причинно-следственной связи с ним и причинением повреждений автомобилям сторон.
Апелляционным определением от 30 января 2025 г. решение в части частичного удовлетворения встречных требований отменено и принято в данной части новое решение, которым в удовлетворении встречных исковых требований отказано, исковые требования М.А.С. удовлетворены, с Б.И.В. в его пользу взыскан материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 91 458 рублей.
Определением суда кассационной инстанции апелляционное определение отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия.
При новом рассмотрении дела судом апелляционной инстанции суд апелляционной инстанции не согласился с выводом суда первой инстанции об обоюдной вине сторон в дорожно-транспортном происшествии, в связи с чем решение суда первой инстанции в части частичного удовлетворения исковых требований М.А.С. изменено, исковые требования М.А.С. удовлетворены. С Б.И.В. в пользу М.А.С. взыскан материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 91 458 рублей, а также судебные расходы. Это же решение в части частичного удовлетворения встречных исковых требований Б.И.В. отменено, в указанной части принято новое решение, которым в удовлетворении встречных исковых требований отказано.
Устанавливая степень вины сторон в произошедшем дорожно-транспортном происшествии и определяя на основании указанного размер ущерба, подлежащего взысканию, суд первой инстанции исходил из вывода экспертного заключения о том, что действия водителей не соответствуют требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации.
Суд апелляционной инстанции, исходя из доводов апелляционной жалобы, в целях всестороннего и полного рассмотрения дела, по ходатайству сторон, назначил судебную автотехническую, согласно выводам которой столкновение автомобилей под управлением водителя Б.И.В. и автомобиля под управлением водителя М.А.С. произошло на полосе движения последнего, то есть на левой полосе двустороннего движения, вне границ перекрестка с круговым движением пересечения. В действиях водителей имеются несоответствия требованиям Правил дорожного движения. С технической точки зрения, действия водителя Б.И.В. находятся в причинно-следственной связи с наступившими в результате дорожно-транспортного происшествия последствиями в виде причинения ущерба. Водитель М.А.С. не имел техническую возможность предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие.
Судом апелляционной инстанции заключение судебной автотехнической экспертизы принято в качестве надлежащего доказательства по делу, и исходя из установленных обстоятельств дела, судебная коллегия удовлетворила исковые требования М.А.С., встречные требования Б.И.В. оставила без удовлетворения.
(дело №2-1744/2024, судья Митрошкина Е.П.;
апелляционное определение от 18 сентября 2025 г. №33-1100/2025, докладчик Ионова О.Н.)
Продавец несет ответственность в случае, если несоответствие товара связано с фактами, о которых он знал или не мог не знать и о которых он не сообщил покупателю.
С.С.М. обратился в суд с иском к ООО «Автомир-Трейд» о расторжении договора купли-продажи транспортного средства, взыскании разницы между ценами автомобиля, денежных сумм, уплаченных по договору, уплаченных процентов, страховой премии, неустойки, компенсации морального вреда.
Решением суда первой инстанции требования С.С.М. удовлетворены частично, постановлено расторгнуть договор купли-продажи, взыскать с ООО «Автомир-Трейд» в его пользу денежную сумму, уплаченную по указанному договору в размере 1 890 000 рублей, разницу между ценой автомобиля по договору купли-продажи и ценой автомобиля на момент подачи иска в размере 180 000 рублей, убытки в виде уплаченных процентов по кредитному договору – 226 675 рублей 61 копейку, убытки в виде уплаченной страховой премии – 71 631 рублей, компенсацию морального вреда – 15 000 рублей, штраф – 700 000 рублей, а также судебные расходы. Также постановлено обязать С.С.М. вернуть ООО «Автомир-Трейд» транспортное средство после полной выплаты взысканных денежных средств по вступлению решения суда в законную силу. На ООО «Автомир-Трейд» возложена обязанность за свой счет и своими средствами осуществить возврат указанного транспортного средства.
Разрешая спор, суд первой инстанции, установив, что истцу было продано транспортное средство, обремененное правами третьих лиц, и находящееся в розыске, о чем истцу соответствующая информация представлена не была, и указанное обстоятельство является существенным нарушением условий договора купли-продажи, пришел к выводу о наличии оснований для его расторжения и взыскания с ответчика стоимости спорного автомобиля, а также разницы между стоимостью автомобиля на дату его приобретения истцом и его ценой на момент подачи настоящего иска, также взыскав с ответчика в пользу истца убытки в виде уплаченных процентов по кредитному договору и страховой премии, соответственно, компенсацию морального вреда и штраф, отказав во взыскании неустойки, возложив при этом на истца обязанность возвратить ответчику автомобиль, а на ответчика – обязанность за свой счет и своими средствами осуществить возврат указанного транспортного средства.
Учитывая, что обстоятельство продажи истцу автомобиля не свободным от прав третьих лиц ввиду его нахождения в розыске на территории иностранного государства лишает истца возможности владеть, пользоваться и распоряжаться приобретенным им товаром, и таким образом обстоятельства, из которых стороны исходили при заключении договора, существенно изменились, имея в виду, что если бы истец мог разумно предвидеть возможность изъятия у него приобретенного по договору купли-продажи автомобиля ввиду возбуждения на территории иностранного государства уголовного дела в связи с его хищением, то договор вообще не был бы им заключен, суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для расторжения договора купли-продажи автомобиля и взыскания уплаченных за товар денежных средств, разницы в соответствующих ценах транспортного средства, а также убытков в виде уплаченных страховой премии и процентов за пользование кредитом.
Вместе с тем, судебная коллегия нашла заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы ответчика, что судом первой инстанции при разрешении спора необоснованно не было принято во внимание, что автомобиль был объявлен в розыск только спустя почти год с момента его продажи истцу.
Учитывая, что в рассматриваемом случае на момент совершения между истцом и ответчиком сделки по купле-продаже автомобиля 20 июля 2023 г. сведений о наличии каких-либо правопритязаний на предмет этой сделки со стороны третьих лиц у продавца объективно не имелось, поскольку соответствующая информация в базу разыскиваемых транспортных средств Российской Федерации была внесена лишь 25 марта 2024 г., а на территории Республики Казахстан соответствующая информация зарегистрирована 4 февраля 2024 г., суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что считает, что оснований считать ответчика недобросовестным продавцом, в распоряжении которого имелась какая-либо информация относительно совершения в отношении транспортного средства хищения или наличия правопритязаний на него со стороны третьих лиц, которую ответчик знал или достоверно мог узнать, не имеется.
В связи с изложенным, с ответчика не подлежит взысканию компенсация морального вреда и штраф, решение суда первой инстанции в этой части судом апелляционной инстанции отменено, в удовлетворении названных требований отказано.
(дело №2-1738/2025, судья Бондарева Н.В.;
апелляционное определение от 4 декабря 2025 г. по делу №33-1738/2025, докладчик Дубровина Е.Я.)
При разрешении спора о признании незаконным и отмене решения в части отказа о включении в специальный стаж для досрочного назначения пенсии периодов работы, включении в специальный и страховой стаж периодов работы выводы суда не должны противоречить соответствующим действительности обстоятельствам дела, а также позиции работодателя, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица.
Решением суда первой инстанции оставлены без удовлетворения требования С.В.А. к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия о признании незаконным и отмене решения в части отказа о включении в специальный стаж для досрочного назначения пенсии периодов работы, включении в специальный и страховой стаж периодов работы, назначении досрочной страховой пенсии по старости, поскольку в выписках из индивидуального лицевого счета застрахованного лица (для назначения страховой пенсии) спорные периоды работы истца показаны обычными условиями труда, достоверность таких сведения истцом не оспорена; АО «Газпром газораспределение Саранск» не подтвердило занятость С.В.А. не менее 80% рабочего времени по работе в особых условиях труда.
Судом апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменено в части, принято новое решение об удовлетворении исковых требований.
При разрешении спора, суд первой инстанции, давая оценку заключению государственной экспертизы условий труда, сделал противоречивые выводы о принятии во внимание данной экспертизы, при этом ставя под сомнение постоянную занятость истца не менее 80 процентов рабочего времени. Между тем, в период, предшествующий судебному разбирательству, так и в последующем АО «Газпром газораспределение Саранск» последовательно подтверждал постоянную занятость истца не менее 80 процентов рабочего времени, в связи с чем утверждения об обратном основаны на несоответствующих действительных обстоятельствах дела и, тем более, позиции работодателя, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица.
Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о том, что занятость С.В.А. по работе в особых условиях труда составляла менее 80% рабочего времени, в связи с чем спорные периоды работы не подлежат включению в специальный стаж для назначения досрочной пенсии по старости.
Из совокупности исследованных судом апелляционной инстанции доказательств следует, что в спорные периоды С.В.А. в течение полного рабочего дня работал с источниками ионизирующего излучения, на рентгеновских аппаратах, использующих рентгеновское излучение.
Выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица (для назначения страховой пенсии) подтверждается, что работодателем закодированы как льготные следующие периоды истца: с 1 января 1997 г. по 31 декабря 2000 г. – код 12201000-1754А, с 1 января 2001 г. по 31 декабря 2001 г. – код 12205000-1754А.
Согласно объяснениям представителя, код льготы, проставленный изначально, был скорректирован после проведенной в 2007 году проверки, вместе с тем сам факт осуществления работодателем действий по проставлению кода льготы С.В.А. в периоды, являющиеся предметом судебного разбирательства, сам по себе подтверждает законный и обоснованный характер притязаний истца на льготную пенсию и должен оцениваться наряду с другими доказательствами и установленными по делу обстоятельствами.
Как следует из технической характеристики от 5 августа 2025 г. №13/1587, выданной АО «Газпром газораспределение Саранск», программа «Газификация Мордовии» началась с 1996 года. Ежегодно вводилось по 500-600 км газовых сетей всех категорий. В результате программы к 2006 году удалось практически полностью газифицировать республику. Загруженность С.В.А. на тот период составляла не менее 80% рабочего времени.
Таким образом, в период работы С.В.А. в должности инженера-радиографа в лаборатории ОАО «Мордовгаз» с 28 марта 1996 г. по 30 июня 1999 г., а затем в должности дефектоскописта рентгеногаммаграфирования отдела защиты от коррозии АО «Газпром газораспределение Саранск» с
1 июля 1999 г. по 31 декабря 2012 г., технологический процесс проведения контроля с применением рентгеновских аппаратов не изменялся, свои обязанности С.В.А. выполнял полный рабочий день, в том числе в период нахождения в командировках, другие работы не выполнял, истец проводил работы в соответствии с рабочими инструкциями и законодательством о радиационной безопасности, работодатель на основании своих приказов относил С.В.А. к работникам, непосредственно работающим с источниками ионизирующего излучения, к группе «А» и допускал С.В.А. к работе с источниками ионизирующего излучения к персоналу группы «А».
С учетом всей совокупности доказательств по делу, судебной коллегией установлено, что характер и условия труда С.В.А., работающего в указанных должностях соответствуют требованиям для назначения пенсии за работу в тяжелых условиях труда, в производстве и в должности, предусмотренных Списком №1, утвержденным постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. №10, раздел XXII «Работы с радиоактивными веществами, источниками ионизирующих излучений, бериллием и редкоземельными элементами», соответственно, решение суда первой инстанции в данной части претерпело коррекции с отменой решения и удовлетворением требований истца.
(дело №2-1993/2024, судья Бурлаков И.И.;
апелляционное определение от 12 августа 2025 г. №33-1097/2025, докладчик Пужаев В.А.)
При разрешении спора о возмещении вреда, причиненного ненадлежащем содержанием участка дорога, правообладатель которого достоверно не известен, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению является то обстоятельство, относиться ли спорный участок асфальтированной дороги к улично-дорожной сети какого-либо муниципального образования по своему функциональному назначению, предназначен ли он для подъезда транспортных средств к жилым и другим объектам городской застройки внутри соответствующего квартала, а также относиться ли он к дорогам общего пользования, предназначенным для движения транспортных средств неограниченного круга лиц либо дорогам не общего пользования, находящимся в частной собственности.
Д.Л.П. обратилась в суд с иском к Администрации городского округа Саранск, КУ городского округа Саранск «Дирекция коммунального хозяйства и благоустройства», ГБПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж» о компенсации морального вреда, причиненного в результате получения травмы ноги в виде закрытого перелома латеральной лодыжки левой голени без смещения костных отломков в результате падения на пешеходно-проезжей части дороги по адресу: Республика Мордовия, г.Саранск, ул.Комарова, д. 16а.
Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены частично. С ГБПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж» взыскана в пользу Д.Л.П. компенсация морального вреда в размере 300 000 рублей. В удовлетворении иска к Администрации городского округа Саранск, КУ городского округа Саранск «Дирекция коммунального хозяйства и благоустройства» отказано.
Разрешая спор и определяя надлежащего ответчика, суд первой инстанции исходил из того, что падение Д.Л.П. произошло на асфальтированной дороге, расположенной в границах земельного участка, находящегося в постоянном (бессрочном) пользовании ГБПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж», не ограничившего и не исключившего возможность ее использования иными лицами, в связи с чем именно ГБПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж» должно нести ответственность за ущерб, причиненный в результате ненадлежащего содержания данной дороги.
Рассматривая дело в апелляционном порядке, судебная коллегия указала, что юридически значимым обстоятельством по данному делу, подлежащему установлению является то обстоятельство, относиться ли спорный участок асфальтированной дороги около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска к улично-дорожной сети г.Саранска по своему функциональному назначению, предназначен ли он для подъезда транспортных средств к жилым и другим объектам городской застройки внутри соответствующего квартала, а также относиться ли он к дорогам общего пользования, предназначенным для движения транспортных средств неограниченного круга лиц либо дорогам не общего пользования, находящимся в частной собственности.
Судом первой инстанции установлено и сторонами не оспаривается, что падение Д.Л.П. произошло в выбоину глубиной 11 см, шириной 50 см, длиной 53 см на асфальтированной дороге напротив общежития ГБПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж», расположенного по адресу: г.Саранск, ул.Транспортная, д.13.
Материалами дела подтверждается, что часть асфальтированной дороги около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска находиться в границах земельного участка площадью 6 136 кв.м. с видом разрешенного использования «для эксплуатации учебного корпуса», находящегося в собственности Республики Мордовия и переданного в постоянное (бессрочное) пользование ГБПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж». На данном земельном участке расположено здание общежития, также переданного в постоянное (бессрочное) пользование ГБПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж».
Асфальтированная дорога, часть которой проходит около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска, не поставлена на кадастровый учет как самостоятельный объект недвижимого имущества, не зарегистрирована в реестре автомобильных дорог, не поставлена на учет как бесхозяйный объект недвижимого имущества, в реестр муниципальной собственности г.о.Саранск не включена, на обслуживание и в оперативное управление КУ г.о. Саранск «Дирекция коммунального хозяйства и благоустройства» и иным муниципальным организациям не передавалась.
Когда и кем построена данная асфальтированная дорога, суду первой инстанции установить не представилось возможным.
Согласно Постановлению Администрации г.о. Саранск от 23 апреля
2013 г. №1012 «Об утверждении Перечня автомобильных дорог общего пользования местного значения, расположенных в границах городского округа Саранск» автодорога по ул. Транспортная г.Саранска 89-401 ОП МГ 247 относиться к дорогам местного пользования. Вместе с тем, в Федеральную государственную информационную систему контроля за формированием и использованием средств дорожных фондов данная автодорога внесена без учета внутриквартальных проездов.
Между тем, согласно акту выездного осмотра от 19 сентября 2025 г., составленного прокурором гражданско-судебного отдела прокуратуры Республики Мордовия в присутствии заместителя директора департамента по правовым вопросам Администрации городского округа Саранск, директора ГБПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж» и истца Д.Л.П., установлено, что тротуары для возможности прохода пешеходов около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска, в том числе в месте падения Д.Л.П. отсутствуют. Ограждения, шлагбаумы, таблички и прочие обозначения, из которых могло бы следовать, что участок асфальтированной дороги около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска является частной собственностью и используется исключительно для проезда к общежитию ГБПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж» отсутствуют. Асфальтированная дорога около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска, проходящая в границах земельного участка с кадастровым номером 13:23:1113253:31, является частью внутриквартальной асфальтированной дороги. По асфальтированной дороге около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска обеспечивается проезд к многоквартирным жилым домам №№ 12, 12а, 14, 14а, 16, 16а по ул.Комарова г.Саранска и жилому многоквартирному дому №13 по ул.Транспортная г.Саранска. Возможность проезда иным маршрутом, кроме асфальтированной дороги около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска, к указанным зданиям отсутствует. Асфальтированная дорога около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска обеспечена стационарным электрическим уличным освещением. Обслуживание асфальтированной дороги около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска, в том числе в зимнее время, не обеспечивается. Уборка снега и наледи в зимнее время осуществляется самостоятельно жильцами прилегающих жилых домов. Фактические границы земельного участка ответчика, границы уборки и санитарного содержания ГБПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж» ограничены ограждением в виде забора. БПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж» обслуживание асфальтированной дороги около дома №13 по ул.Транспортная г. Саранска не обеспечивает, договоры на обслуживание данной дороги не заключало.
Каких-либо замечаний к акту осмотра от участников осмотра, лиц, участвующих в рассмотрении настоящего дела, не поступило.
В судебном заседании представитель Администрации городского округа Саранск пояснила, что стационарное электрическое уличное освещение асфальтированной дороги около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска обеспечивается Администрацией городского округа Саранск в целях безопасности и в рамках антитеррористических мероприятий, а не в связи с обслуживанием дороги.
В сообщении от 25 сентября 2025 г. директор ГБПОУ Республики Мордовия «Саранский электромеханический колледж» пояснил, что уборка и содержание земельного участка осуществляется сотрудником колледжа в соответствии с Инструкцией о трудовых обязанностях дворника, договоры на такое содержание не заключались. Фактические границы уборки и санитарного содержания земельного участка ограничены ограждением участка в виде забора. Колледжем строительство и обслуживание, в том числе в зимнее время, асфальтированной дороги около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска не производилось и никогда не обеспечивалось. Договоры на обслуживание данной дороги никогда не заключались. Дорога не входит в фактические границы содержания земельного участка.
Согласно Инструкции о трудовых обязанностях дворника ГБОУ РМ СПО (ССУЗ) «Саранский электромеханический колледж» в обязанности дворника колледжа какие-либо работы, связанные с содержанием асфальтированной дороги, не входят.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия, принимая во внимание акт осмотра от 19 сентября 2025 г., сведения Федеральной государственной информационной системы контроля за формированием и использованием средств дорожных фондов, Генеральный план городского округа Саранск, сведения топографической съемки от 1982 года, пришла к выводу о том, что участок асфальтированной дороги около дома №13 по ул.Транспортная г.Саранска, проходящий в границах земельного участка ответчика, являющийся частью внутриквартальной асфальтированной дороги, обеспечивающей единственный возможный проезд к многоквартирным домам по ул.Транспортная и ул.Комарова, относиться к улично-дорожной сети г.Саранска является автомобильной дорогой общего пользования местного значения категории «улицы и дороги местного значения», поскольку предназначен для проезда к многоквартирным жилым домам транспортных средств неограниченного круга лиц, в том числе специальных технических средств для оказания скорой неотложной помощи, пожарной помощи и помощи в иных чрезвычайных ситуациях. К тому же именно данная асфальтированная дорога обеспечивает и проход пешеходов внутрь жилого квартала к многоквартирным жилым домам. При этом судебная коллегия учла и то, что данный участок асфальтированной дороги, как и вся эта внутриквартальная асфальтированная дорога, оборудованы уличным освещением Администрацией городского округа Саранск.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия пришла к выводу, что надлежащим ответчиком по заявленным требованиям является Администрация городского округа Саранск, не обеспечившая надлежащего состояния внутриквартальной асфальтированной дороги местного значения, что стало причиной причинения вреда здоровью Д.Л.П.
(дело №2-507/2025, судья Митрошкина Е.П.;
апелляционное определение от 1 октября 2025 г. №33-1335/2025, докладчик Смелкова Г.Ф.)
4. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права
4.1. Рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, повлекшее переход судом апелляционный инстанции к его рассмотрению по правилам производства в суде первой инстанции.
ООО ПКО «Юридический центр Защита» обратилось в суд с иском к Д.Ю.И. о взыскании процентов за неисполнение денежного обязательства за период с 23 августа 2016 г. по 24 мая 2024 г., который решением суда первой инстанции удовлетворен частично.
Суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, в связи с тем, что дело рассмотрено в отсутствие ответчика Д.Ю.И., в отношении которого отсутствовали сведения о своевременном и надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела. Кроме того, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на сторону истца привлечено ПАО «Сбербанк России».
Решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение о частичном удовлетворении требований истца.
Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности по требованиям за период с 23 августа 2016 г. по 23 октября 2021 г. (дата обращения в суд с настоящим иском 24 октября 2024 г.). Кроме того, из расчета задолженности исключен период с 1 апреля 2022 г. по 30 сентября 2022 г., поскольку действовал мораторий в силу постановления Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 г. №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами». В связи с чем, проценты взысканы за период с 24 октября 2021 г. по 31 марта 2022 г. и с 1 октября 2022 г. по 24 мая 2024 г.
(дело №2-2414/2024, судья Тарасова Н.Н.;
апелляционное определение от 23 июля 2025 г. по делу №33-1130/2025, докладчик Селезнева О.В.)
4.2. Принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, повлекшее переход судом апелляционный инстанции к его рассмотрению по правилам производства в суде первой инстанции.
АО «Авто Финанс Банк» обратилось в суд с иском к МТУ Росмущества в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской республике и Пензенской области (далее по тексту - МТУ Росмущества) о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на заложенное имущество.
Определением суда к участию в дело в качестве соответчика привлечена Администрация городского поселения Параньга Параньгинского муниципального района Республики Марий Эл.
Решением суда первой инстанции исковые требования АО «Авто Финанс Банк» удовлетворены частично. С МТУ Росимущества, Администрации Городского поселения Параньга Параньгинского муниципального района Республики Марий Эл в пользу АО «Авто Финанс Банк» в солидарном порядке взыскана задолженность умершей Ш.Г.М. по кредитному договору в размере 2 671 175 рублей 83 коп., в пределах стоимости наследуемого имущества, открывшегося после ее смерти. Обращено взыскание путем продажи с публичных торгов на заложенное по договору залога имущество - автомобиль «Рено Аркана». Определен порядок реализации указанного имущества - на публичных торгах.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 15 мая 2024 г. постановлено перейти к рассмотрению гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции в связи с тем, что дело рассмотрено без привлечения к участию в деле ООО СК «Кардиф». Определением судьи Верховного Суда Республики Мордовия от 15 мая 2024 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО СК «Кардиф».
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 5 декабря 2024 г. решение суда первой инстанции, с учетом определения об исправлении описки, было отменено, иск удовлетворен частично. С ООО «Дефанс Страхование» в пользу истца взыскана страховая выплата в сумме 1 641 627 рублей, в счет погашения задолженности Ш.Г.М. по кредитному договору, судебные расходы по оплате госпошлины. С Российской Федерации в лице МТУ Росимущества за счет средств казны Российской Федерации, с Администрации городского поселения Параньга Параньгинского муниципального района Республики Марий Эл в пользу истца взыскана задолженность по кредитному договору в размере 252 542 рублей 77 коп. в солидарном порядке в пределах стоимости и за счет средств перешедшего к каждому выморочного наследственного имущества, оставшегося после смерти Ш.Г.М., а именно: с Российской Федерации в лице МТУ Росимущества за счет средств казны Российской Федерации в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного (выморочного) имущества в виде денежных средств в размере 3 руб. 59 коп., находящихся на ее счете в ПАО «Сбербанк», денежных средств в размере 0,73 руб., находящихся на счете в ПАО Сбербанк; транспортного средства марки «Рено Аркана», стоимостью 1 267 178 рублей; с Администрации городского поселения Параньга Параньгинского муниципального района Республики Марий Эл в пределах стоимости перешедшего к ней наследственного (выморочного) имущества в виде жилого помещения, площадью 53,5 кв. м, стоимостью 987 931 рублей. Обращено взыскание на транспортное средство марки «Рено Аркана», определен в качестве способа реализации имущества - публичные торги.
Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 26 июня 2025 г. апелляционное определение от 5 декабря 2024 г. отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения требований кредитора о взыскании задолженности по кредитному договору, предъявленных к наследству заемщика, являются не только наличие и размер кредитной задолженности умершего заемщика, но и то, что наследники приняли наследство, сведения о стоимости перешедшего к каждому из наследников наследственного имущества на момент смерти заемщика и достаточность данного имущества для погашения истребуемого долга, а также установление реального существования наследственного имущества на день разрешения спора.
Устанавливая указанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что наследники, принявшие наследство после смерти Ш.Г.М. отсутствуют, доказательств в подтверждение обратного ответчиками не представлено, следовательно, имущество, оставшееся после ее смерти, является выморочным и в силу закона переходит в собственность Российской Федерации в лице МТУ Росимущества (транспортное средство марки «Рено Аркана» 2020 года выпуска и денежные средства на счетах, открытых в ПАО Сбербанк, размер которых определен на день разрешения спора) и в муниципальную собственность администрации городского поселения Параньга Параньгинского муниципального района Республики Марий Эл (жилое помещение с площадью 53,5 кв.м.).
Тот факт, что неизвестное лицо произвело снятие денежных средств с банковской карты Ш.Г.М. после ее смерти, по мнению судебной коллегии, не свидетельствует о наличии наследника, так как данное лицо не установлено, как и не установлены обстоятельства, подтверждающие, что указанное лицо входит в круг наследников и действовало на законных основаниях, принимая наследство своими фактическими действиями.
Кроме того, отклонены доводы ответчика о не включении в состав наследственного имущества транспортного средства, поскольку оно на момент смерти наследодателя находилось в его собственности и, следовательно, является выморочным, перешло в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации в лице МТУ Росимущества. При этом, снятие спорного автомобиля с регистрационного учета после смерти Ш.Г.М. не свидетельствует о прекращении права собственности на него. Прекращение государственного учета транспортного средства после поступления сведений о смерти его владельца не влечет вывода об отсутствии спорного автомобиля как объекта наследства, государственная регистрация транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием как для возникновения, так и прекращения на них права собственности, является условием для допуска транспортных средств для участия в дорожном движении, а не для возникновения прав на них. Доказательства прекращения права собственности на автомобиль при жизни наследодателя, уничтожения, утилизации автомобиля в материалах дела отсутствуют. Более того, имеются сведения о фактическом перемещении транспортного средства после смерти наследодателя.
Кроме того, установив, что Ш.Г.М. была застрахована и в рассматриваемом случае страхование производилось на случай смерти страхователя, и страховщик обязался возместить выгодоприобретателю выплаты в пределах страховой суммы при наступлении определенного случая - смерти страхователя, наступление которой подтверждено материалами дела, судебная коллегия взыскала со страховщика страховую выплату по договору страхования в пользу банка с целью погашения задолженности по кредитному договору.
Установив общий размер задолженности по кредитному договору, учитывая, что после смерти Ш.Г.М. осталось неисполненное денежное обязательство и с учетом признания смерти Ш.Г.М. страховым случаем по договору страхования, судебная коллегия пришла к выводу, что со страховой компании в пользу истца подлежит взысканию страховая сумма, предусмотренная графиком страховых сумм по страховому случаю (смерть застрахованного лица в результате болезни) в размере 1 641 627 рублей, в счет погашения задолженности по кредитному договору и, кроме того, в силу требований статьи 1175 ГК Российской Федерации, исходя из того, что на счетах Ш.Г.М., открытых в ПАО Сбербанк, имеются денежные средства, имеются в наличии транспортное средство и жилое помещение, принадлежавшие на день ее смерти, иного наследственного имущества не обнаружено, после ее смерти наследники в наследство не вступили, а также учитывая, что общая стоимость наследственного имущества (2 255 113 руб. 32 коп.) превышает размер взыскиваемой задолженности, судебная коллегия взыскала разницу между неисполненными обязательствами по кредитному договору (общий размер задолженности 1 894 169 руб. 78 коп.) и страховой выплатой (1 641 627 руб.) - 252 542 руб. 77 коп. с ответчиков МТУ Росимущества и администрации городского поселения Параньга Параньгинского муниципального района Республики Марий Эл - наследников выморочного имущества в солидарном порядке в пределах стоимости перешедшего к каждому из них наследственного имущества.
(дело №2-27/2024, судья Симонова Е.В.;
апелляционное определение от 27 августа 2025 г. №33-1221/2025, докладчик Аитова Ю.Р.)
4.3. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права при разрешении вопроса о принятии к рассмотрению встречного иска.
Если удовлетворение встречных требований может повлечь отказ в удовлетворении первоначального иска, они подлежат совместному рассмотрению.
С.Ю.Е. обратилась в суд с иском к С.С.В. о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка, мотивируя требования тем, что после расторжения брака ребенок остался проживать с ней.
С.С.В. обратился со встречным иском к С.Ю.Е. об определении в качестве места жительства указанного ребенка место жительства отца.
Протокольным определением суда первой инстанции в принятии встречного иска отказано по тем основаниям, что он может обратиться с данным иском в порядке отдельного судопроизводства.
Решением суда разрешены требования С.Ю.Е. о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка.
Поскольку исковые требования С.Ю.Е. о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка и исковые требования С.С.В., изложенное во встречном иске об определении места жительства несовершеннолетнего ребенка с отцом С.С.В. являются взаимоисключающими требованиями, заявлены в защиту прав и законных интересов несовершеннолетнего ребенка, при этом удовлетворение иска о взыскании алиментов полностью зависит от разрешения требования об определении места жительства ребенка, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что между ними имеется взаимная связь и в целях более быстрого и правильного разрешения спора они подлежат совместному рассмотрению, в связи с чем решение отменил, дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
(дело №2-1057/2025, судья Куликова И.В.;
апелляционное определение от 1 октября 2025 г. по делу №33-1497/2025, докладчик Ганченкова В.А.)
4.4. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права при разрешении вопросов о принятии иска к производству суда.
На истца, освобожденного от уплаты государственной пошлины при подаче иска в защиту прав потребителей, в случае, если его иск не удовлетворен, не подлежит возложению обязанность по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы.
Определением судьи оставлена без движения апелляционная жалоба истца Ш.А.В. на решение по гражданскому делу по иску Ш.А.В. к ИП Р.А.А. о взыскании стоимости товара, штрафа, поскольку истцом при подаче апелляционной жалобы не представлен документ, подтверждающий уплату государственной пошлины. Судьей указано, что освобождение от уплаты государственной пошлины по искам, связанным с нарушением прав потребителей, предусмотрено только при обращении с иском в суд первой инстанции, при этом иные процессуальные действия, а также последующие действия по обжалованию судебных актов и постановлений облагаются государственной пошлиной.
Апелляционным определением определение судьи отменено, гражданское дело направлено в суд первой инстанции для выполнения требований, предусмотренных статьей 325 ГПК Российской Федерации.
Отменяя определение судьи, суд апелляционной инстанции исходил из того, что согласно подпункту 4 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, мировыми судьями, с учетом положений пункта 3 настоящей статьи (если цена иска не превышает 1 000 000 рублей), освобождаются истцы - по искам, связанным с нарушением прав потребителей.
В силу пункта 3 статьи 17 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. №2300-1 «О защите прав потребителей» потребители, иные истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей, освобождаются от уплаты государственной пошлины в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.
Как следует из материалов дела, Ш.А.В. обратился в суд с иском о взыскании стоимости товара, штрафа за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя. К спорным правоотношениям подлежит применению законодательство о защите прав потребителей.
Исходя из указанных положений закона, право потребителя на льготы не ограничивается только стадией обращения в суд с иском, а распространяется и на дальнейшее движение дела, то есть истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей, освобождаются от уплаты госпошлины при обращении в суд с иными заявлениями (жалобами) в рамках такого дела.
Неправомерный характер возложения на истца, освобожденного от уплаты государственной пошлины при подаче иска в защиту прав потребителя, в случае если его иск не удовлетворен, обязанности её уплаты, также содержится в ответе на вопрос 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2005 года.
Таким образом, возложение на Ш.А.В. – истца по делу обязанности по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы не основано на законе, выводы суда первой инстанции не имеют под собой правового основания и фактически ограничивают право истца на доступ к правосудию в виде реализации права на апелляционное обжалование (статья 46 Конституции Российской Федерации).
(дело №2-1291/2025, судья Скуратович С.Г.;
апелляционное определение от 21 октября 2025 г. №33-1614/2025,
судья Пужаев В.А.)
Требования о компенсации вреда, причиненного окружающей среде юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, заявленные должностными лицами органов прокуратуры, рассматриваются в судах общей юрисдикции независимо от того, в результате какого вида деятельности причинен вред.
Определением судьи суда первой инстанции возвращено исковое заявление Марийского межрайонного природоохранного прокурора, действующего в защиту интересов Российской Федерации, к Межрегиональному территориальному управлению Росимущества в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и Пензенской области о взыскании ущерба, причиненного окружающей среде, разъяснено право на обращение с ним в Арбитражный суд Республики Мордовия.
Возвращая исковое заявление, судья исходил из того, что спор связан с арендными отношениями по земельному участку сельскохозяйственного назначения, переданному юридическому, а затем физическому лицу в аренду для целей, предусмотренных его целевым назначением, исковые требования затрагивают вопросы использования сельскохозяйственных земель, что связано с регулированием отношений в сфере землепользования и природопользования, попадает под признаки экономической (хозяйственной) деятельности, в связи с чем подлежит рассмотрению в арбитражном суде.
Кроме того, судьей указано, что иск подан прокурором в защиту интересов неопределенного круга лиц, однако в нем ставится вопрос о взыскании суммы ущерба, причиненного почве, в пользу Управления Россельхознадзора по Нижегородской области и Республике Марий Эл, однако прокурором не указано, какие именно права неопределенного круга лиц будут восстановлены путем реализации указанного им способа защиты права.
Судом апелляционной инстанции определение судьи отменено, материал по указанному иску направлен в суд первой инстанции для рассмотрения со стадии принятия к производству.
Отменяя определение судьи, суд апелляционной инстанции исходил из того, что исходя из требований пункта 1 части 1 статьи 22 ГПК Российской Федерации и частей 1-2 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также положений пункта 1 статьи 78 Федерального закона от 10 января 2002 г. №7-ФЗ «Об охране окружающей среды» споры о компенсации вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, разрешаются как судами общей юрисдикции, так и арбитражными судами в соответствии с общими правилами подсудности, установленными процессуальным законодательством.
В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 4 марта 2015 г. (вопрос №9), сформулирована правовая позиция о том, что если требования о компенсации вреда, причиненного окружающей среде юридическими лицами или индивидуальными предпринимателями при осуществлении ими видов хозяйственной деятельности, в том числе перечисленных в пункте 1 статьи 34 Закона об охране окружающей среды, вытекают из экономических отношений данных субъектов, указанные требования, в силу установленных процессуальным законодательством правил распределения юрисдикционных полномочий судов, подлежат рассмотрению в арбитражном суде. Если вред окружающей среде причинен перечисленными субъектами не в связи с осуществлением ими хозяйственной деятельности, то требования о его возмещении подлежат рассмотрению в судах общей юрисдикции. Вместе с тем, если требования о компенсации вреда, причиненного окружающей среде юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, заявлены должностными лицами органов прокуратуры, они рассматриваются в судах общей юрисдикции независимо от того, в результате осуществления какого вида деятельности причинен вред.
Кроме того, полномочия прокурора по участию в арбитражном процессе регламентированы статьей 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, положения которой свидетельствуют о том, что иски прокуроров в защиту интересов Российской Федерации, неопределенного круга лиц по спорам, возникающим из правоотношений по соблюдению правил об охране окружающей среды и природопользования, арбитражным судам не подсудны, что также следует из части 6 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Соответственно, все иные исковые требования, включая компенсацию вреда окружающей среде, должны быть предъявлены прокурором в суды общей юрисдикции.
На основании изложенного, исходя из субъектного состава и характера спорных правоотношений, принимая во внимание наличие у прокурора полномочий на обращение в суд общей юрисдикции с требованиями о взыскании ущерба, причиненного окружающей среде, предусмотренных статьей 45 ГПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о подсудности данного иска суду общей юрисдикции.
(материал №9-210/2025, судья Кечкина Н.В.;
апелляционное определение от 17 сентября 2025 г. №33-1421/2025, судья Урявин Д.А.)
На стадии принятия искового заявления, то есть до возбуждения гражданского дела, в связи с необходимостью уточнения данных об участниках процесса и проверки соблюдения требования о подсудности иска данному суду, судья первой инстанции должен самостоятельно истребовать сведения об ответчиках. Само по себе отсутствие идентификационных данных в исковом заявлении не должно ограничивать истца в реализации его права на доступ к правосудию.
Определением судьи первой инстанции возвращено исковое заявление Ш.В.Н. к ООО «Домоуправление №19», председателю домового комитета дома о признании незаконным решения, действия (бездействия) по изъятию с придомовой территории жилого дома скамеек, возложении обязанности вернуть скамейки для общего пользования, компенсации морального вреда, поскольку истцом в установленный срок не устранены недостатки, указанные в определении судьи об оставлении искового заявления без движения, а именно не указаны дата и место рождения, один из идентификаторов ответчика - председателя домового комитета дома, если они известны истцу, а также идентификационный номер налогоплательщика и основной государственный регистрационный номер ответчика - ООО «Домоуправление №19», также не указано, в чем заключается нарушение прав Фонда социальной поддержки населения Республики Мордовия со стороны ответчиков, какими именно их действиями (бездействиями) вызвано это нарушение прав, по каким основаниям и в связи с какими обстоятельствами у ответчиков возникла ответственность перед Фондом социальной поддержки населения Республики Мордовия.
Судом апелляционной инстанции определение судьи отменено, материал по указанному иску направлен в суд первой инстанции для разрешения вопроса о принятии иска к производству суда.
Отменяя определение судьи, суд апелляционной инстанции исходил из того, что из содержания искового заявления, а также заявления, поданного во исполнение определения судьи об оставлении искового заявления без движения, истцом указано наименование ответчиков, обозначены сведения о местах их пребывания, по которым Ш.В.Н. направлены копии искового заявления.
В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 27 июля 2006 г. №152-ФЗ «О персональных данных» операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Исходя из толкования вышеуказанной нормы, является очевидным, что истец не имеет возможности самостоятельно получить информацию о дате и месте рождения ответчика, как и сведения о ее идентификаторах без соответствующего запроса суда либо правоохранительных органов. Тоже самое касается и идентификационного номера налогоплательщика и основного государственного регистрационного номера ответчика - общества с ограниченной ответственностью «Домоуправление №19».
Кроме того, истребование соответствующих сведений об участниках процесса именно на стадии принятия искового заявления, то есть до возбуждения гражданского дела, прямо предусмотрено нормами статьи 131 ГПК Российской Федерации. В данном случае информация может быть истребована судом не с целью установления имеющих значение для дела обстоятельств и рассмотрения спора по существу, а в связи с необходимостью уточнения данных об участниках процесса и проверки соблюдения требования о подсудности иска данному суду, указанные вопросы по смыслу пункта 2 части 1 статьи 135 ГПК Российской Федерации разрешаются при принятии искового заявления.
При таком положении, суду первой инстанции надлежало истребовать недостающую информацию, указанную в определении об оставлении иска без движения, в органах Пенсионного фонда Российской Федерации, налоговых органах, органах внутренних дел, организации, уполномоченной на предоставление сведений из Единого государственного реестра недвижимости, а также организации, уполномоченной на предоставление сведений из Единого государственного реестра юридических лиц, в порядке, установленном федеральным законом.
Однако требования процессуального закона судом первой инстанции не исполнены, обязанность по истребованию таких сведений судья суда первой инстанции не выполнил. Само по себе отсутствие указанных данных в исковом заявлении не должно ограничивать истца в реализации его права на доступ к правосудию.
Кроме того, компенсация морального вреда в случае удовлетворения иска подлежит взысканию в пользу указанного истцом другого лица в случае, если истец наделен полномочиями действовать от имени такого лица. Исходя из положений гражданского законодательства Российской Федерации, регулирующих институт представительства, представитель по доверенности является лицом, действующим перед третьими лицами в интересах представляемого, а не в своих интересах и не в отношении самого себя. В таком случае возникновение ответственности ответчиков перед Фондом социальной поддержки населения Республики Мордовия не является необходимым условием, поскольку компенсация взыскивается в пользу истца, а не в пользу Фонда социальной поддержки населения Республики Мордовия.
Судом первой инстанции не выяснялся вопрос о наличии у истца полномочий на совершение действий в интересах Фонда социальной поддержки населения Республики Мордовия, в связи с чем возвращение искового заявления истцу в связи с невыполнением в установленный срок указаний судьи, перечисленных в определении об оставлении искового заявления без движения, - о необходимости указать, в чем заключается нарушение прав Фонда социальной поддержки населения Республики Мордовия со стороны ответчиков, какими именно их действиями (бездействиями) вызвано это нарушение прав, по каким основаниям и в связи с какими обстоятельствами у ответчиков возникла ответственность перед Фондом социальной поддержки населения Республики Мордовия, недопустимо. В определении об оставлении искового заявления без движения не указывалось на необходимость подтверждения права истца действовать от имени Фонда социальной поддержки населения Республики Мордовия и заявлять в его интересах указанные требования.
(материал №9-296/2025, судья Кечкина Н.В.;
апелляционное определение от 11 ноября 2025 г. №33-1709/2025,
судья Селезнева О.В.)
К задачам подготовки дела к судебному разбирательству относятся уточнение фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, определение закона, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установление правоотношений сторон; разрешение вопроса о составе лиц, участвующих в деле, и других участников процесса; представление необходимых доказательств сторонами. Разрешение вопроса о замене ответчика на надлежащего производится на стадии подготовки дела к судебному разбирательству либо в ходе судебного разбирательства, а не на стадии решения вопроса о принятии иска к производству.
Определением судьи первой инстанции исковое заявление ПАО «Т Плюс» к собственнику помещения о взыскании задолженности, пени за нарушение обязательств по оплате тепловой энергии, оставлено без движения ввиду не указания сведений о лицах, принявших наследство К.Г.Г., то есть собственниках спорного жилого помещения, за которым имеется задолженность по оплате тепловой энергии.
Во исполнение определения об оставлении искового заявления без движения от истца поступило заявление, в котором указано на тот факт, что обществу не известны наследники умершей, следовательно, представить информацию о них невозможно. Кроме того, указано, что причиной обращения с настоящим исковым заявлением послужил тот факт, что за жилым помещением имеется задолженность по оплате тепловой энергии, при этом ранее известный собственник указанного жилого помещения умер. Наследники умершей не зарегистрировали надлежащим образом право собственности на жилое помещение, в связи, с чем имеется спор о праве, и в порядке приказного производства обратиться с требованиями о взыскании задолженности не представляется возможным
Возвращая исковое заявление, судья первой инстанции пришел к выводу, что истец вправе в порядке приказного производства заявить требования о взыскании задолженности по оплате коммунальных услуг, указав при этом, что собственник спорного жилого помещения умерла в декабре 2017 года, следовательно, учитывая период образования задолженности по оплате коммунальных услуг (с февраля 2020 года по январь 2025 года), указанные требования не относятся к долговым обязательствам наследодателя К.Г.Г., что исключает подсудность спора районному суду.
Отменяя определение судьи о возвращении искового заявления, суд апелляционной инстанции указал, что приказной порядок подразумевает под собой бесспорность заявленных требований, тогда как в исковом заявлении указано об отсутствии сведений о надлежащем ответчике по делу, при этом содержится просьба истца об истребовании у нотариуса копии наследственного дела к имуществу умершей К.Г.Г. с целью установления сведений о наследниках умершего собственника жилого помещения, которые заявитель не имеет возможности получить самостоятельно. Истребование данных сведений необходимо для выяснения вопроса о том, кто является собственником жилого помещения в результате принятия наследства в виде указанной квартиры, и, как следствие, надлежащим ответчиком по делу, поскольку именно на собственника законом возложена обязанность оплачивать коммунальные услуги за жилое помещение с момента возникновения права собственности. Более того, при отсутствии у истца сведений о новом собственнике спорной квартиры, для разрешения требований о взыскании образовавшейся задолженности по оплате коммунальных услуг по настоящему делу необходимо установление круга наследников К.Г.Г., что возможно в рамках рассмотрения дела в порядке искового производства.
Также суд апелляционной инстанции обратил внимание суда, что жилое помещение, в отношении которого образовалась задолженность по оплате коммунальных услуг, расположено на территории Октябрьского района г.Саранска, а, следовательно, поскольку надлежащий ответчик по заявленному спору не установлен, иск относится к подсудности Октябрьского районного суда г.Саранска Республики Мордовия, материал подлежит направлению в указанный районный суд для разрешения вопроса о принятии искового заявления к производству суда.
(материал №9-118/2025, судья Бурлаков И.И.;
апелляционное определение от 23 июля 2025 г. по делу №33-1114/2025, судья Куманева О.А.)
Определением судьи первой инстанции возвращено исковое заявление ПАО «Т Плюс» о взыскании задолженности по оплате коммунальных услуг, образовавшейся за период с 1 января 2022 г. по 31 января 2025 г., то есть после смерти собственника жилого помещения Л.С.Н., в связи с неподсудностью спора районному суду, разъяснено право на обращение с данным иском к мировому судье по правилам приказного производства.
Отменяя определение судьи и направляя материал для разрешения вопроса о принятии иска к производству суда, суд апелляционной инстанции укал, что при отсутствии у истца сведений о новом собственнике спорной квартиры, для разрешения требований о взыскании образовавшейся задолженности по оплате коммунальных услуг по настоящему делу необходимо установление круга наследников Л.С.Н., что возможно в рамках рассмотрения дела в порядке искового производства, в связи с чем вывод о том, что заявленные требования, с учетом размера денежной суммы, заявленной ко взысканию, подлежат рассмотрению в порядке приказного производства, противоречат требованиям статей 122 и 125 ГПК Российской Федерации.
(материал №9-140/2025, судья Бурлаков И.И.;
апелляционное определение от 19 августа 2025 г. по делу №33-1113/2025, судья Аитова Ю.Р.)
Определением судьи первой инстанции возвращено исковое заявление О.Г.В. к К.И.С. о взыскании денежных средств по договору об оказании услуг ввиду не исправления недостатков искового заявления, указанных в определении об оставлении искового заявления без движения, а именно истец, предъявляя требования о взыскании денежных средств по договору об оказании услуг, не представила договор об оказании услуг, а также доказательства, позволяющие определить у ответчика статус индивидуального предпринимателя, как и не представила, документ, подтверждающий уплату государственной пошлины в установленном законом размере.
Суд апелляционной инстанции указанное определение отменил.
Учитывая задачи подготовки дела к судебному разбирательству, суд апелляционной инстанции отметил, что оставление искового заявления по основанию непредставления истцом договора об оказании услуг и иных доказательств, позволяющих определить у ответчика статус индивидуального предпринимателя, и последующее его возвращение по соответствующему основанию противоречит принципу диспозитивности, поскольку в силу положений статьи 148 ГПК Российской Федерации представление доказательств сторонами, другими лицами, участвующими в деле является задачей подготовки дела к судебному разбирательству, в то время как в силу пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. №11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» недопустимо совершение действий по подготовке дела к судебному разбирательству до его возбуждения в суде (до принятия заявления), поскольку такие действия противоречат положениям статьи 147 ГПК Российской Федерации.
Кроме того, положениями подпункта 4 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей, освобождены от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями.
Судья, оставляя поданный иск без движения по основаниям не предоставления документа об уплате государственной пошлины, не учел указываемые истцом основания заявленных требований, как вытекающих из нарушения ответчиком ее прав как потребителя.
Устанавливая в определении об оставлении иска без движения обязанность истца по уплате государственной пошлины за его подачу по мотиву непредставления документа, позволяющего квалифицировать возникшие правоотношения как вытекающие из защиты прав потребителей, судья не учел, что определение закона, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установление правоотношений сторон в силу статьи 148 ГПК Российской Федерации также является задачей подготовки дела к судебном разбирательству.
Более того, действующим законодательством суду предоставлено право на разрешение вопросов, касающихся распределения судебных расходов, к числу которых относится и вопрос о взыскании государственной пошлины, при принятии решения по существу спора в соответствии с положениями статьи 98 ГПК Российской Федерации. То есть, в случае, если при разрешении заявленного спора по существу будет установлено отсутствие правовых оснований для применения к спорным правоотношениям положений Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», суд не лишен возможности взыскать государственную пошлину, которая подлежала уплате при подаче иска, принятым по существу спора судебным актом.
(материал №9-142/2025, судья Скуратович С.Г.;
апелляционное определение от 24 июля 2025 г. №33-1081/2025,
судья Дубровина Е.Я.)
Правоотношения, связанные с алиментными обязательствами, носят длительный характер, возникают в связи с изменением материального и семейного положения сторон, в связи с чем при разрешении на стадии принятии иска к производству суда вопроса о приемлемости вновь поданного иска об изменении размера алиментов необходимо принимать во внимание обстоятельства, на которые истцом указано во вновь поданном исковом заявлении и которые были приведены при разрешении предыдущего спора.
К.В.В. обратился в суд с иском к Ш.Е.В., действующей за себя и в интересах несовершеннолетнего ребенка, о снижении размера алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка.
Определением судьи суда первой инстанции отказано в принятии указанного заявления, поскольку вступившим в законную силу решением суда от 25 марта 2025 года исковые требования К.В.В. к Ш.Е.В. о снижении размера алиментов удовлетворены частично. Снижен размер алиментов, выплачиваемых в пользу Ш.Е.В. на двух несовершеннолетних детей, с К.В.В. в пользу Ш.Е.В. взысканы алименты на содержание несовершеннолетнего сына в размере ¼ части заработка и иных доходов ежемесячно, начиная с момента вступления решения суда в законную силу и до совершеннолетия ребенка. В части снижения размера алиментов до 1/6 части всех видов заработка, доходов истцу отказано. В связи, с чем судья первой инстанции пришел к выводу, что указанные в настоящем исковом заявлении требования также направлены на снижение размера алиментов до 1/6 части всех видов заработка и иных доходов ежемесячно и являлись предметом рассмотрения ранее.
Суд апелляционной инстанции с таким выводом судьи первой инстанции не согласился, определение отменил, материала направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции для разрешения вопроса о принятии искового заявления к производству суда. При этом указал, что судьей первой инстанции при определении тождественности спора на этапе принятия искового заявления не приняты во внимание обстоятельства, на которые истцом указано в поданном исковом заявлении, а именно об изменении его материального положения в связи с нахождением на его иждивении еще одного ребенка, а также его матери. Поэтому вывод судьи о повторности обращения при таких обстоятельствах нельзя признать обоснованным, поскольку он сделан без надлежащего учета и проверки всех обстоятельств, имеющих значение для правильного решения вопроса о принятии данного искового заявления к производству суда, без исследования содержания и требований ранее поданного и настоящего исковых заявлений. Кроме того, судьей не учтено, что правоотношения, связанные с алиментными обязательствами, носят длительный характер, возникают в связи с изменением материального и семейного положения сторон.
(материал №9-183/2025, судья Кечкина Н.В.;
апелляционное определение от 20 августа 2025 г. по делу №33-1344/2025, судья Куманева О.А.)
4.5. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права при разрешении иных процессуальных вопросов
Исковой порядок для снятия обеспечительных мер применяется только в случае наличия спора о принадлежности имущества.
П.О.У. обратилась в суд с заявлением об отмене обеспечительных мер, принятых по гражданскому делу по иску ПАО «Росбанк» к Г.М.В. о взыскании задолженности по кредитному договору, указывая на принадлежность ей транспортного средства, на которое определением суда в обеспечение иска наложен арест.
Определением суда первой инстанции заявление П.О.У. оставлено без рассмотрения, поскольку ею выбран ненадлежащий способ защиты права, рекомендовано обратиться в суд с исковым заявлением в порядке, предусмотренном статьей 442 ГПК Российской Федерации.
Отменяя определение суда первой инстанции, и направляя материал на новое рассмотрение, суд апелляционной инстанции указал, что исковой порядок для снятия обеспечительных мер применяется в случае наличия спора о принадлежности имущества. Вопреки выводам суда из обстоятельств настоящего дела следует, что спор о принадлежности имущества как таковой отсутствует, поскольку арест налагался на имущество, ранее принадлежащее должнику, право собственности которого было прекращено в результате исполнения решения суда, а у П.О.У. право собственности на данное имущество возникло в связи с правовыми последствиями, наступившими по исполнению судебного акта и заключению договора купли-продажи.
(материал №13-396/2025, судья Куликова И.В.;
апелляционное определение от 20 августа 2025 г. №33-1273/2025,
судья Ганченкова В.А.)
Без какого-либо правового обоснования суд первой инстанции не может выйти за пределы заявленных требований в части периода взыскания.
ООО «Газпром межрегионгаз Саранск» обратилось в суд с иском к Р.Л.А. о взыскании задолженности за природный газ, образовавшейся за период с 1 марта по 31 октября 2023 г.
Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о возникновении у истца права требовать взыскания задолженности по оплате потребленного газа за период с 26 ноября 2021 г., то есть после введения в отношении ответчика процедуры банкротства, по 9 ноября 2023 г. в размере 127 034 руб. 13 коп., указав, что требования о взыскании предыдущей задолженности до 25 ноября 2021 г. подлежат рассмотрению в рамках дела о банкротстве, рассматриваемого арбитражным судом.
Апелляционным определением от 5 февраля 2025 г. решение отменено, принято по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворены.
Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 30 июля 2025 г. апелляционное определение отменено. Дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.
При новом апелляционном рассмотрении, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что взыскивая задолженность за период с 26 ноября 2021 г. до 9 ноября 2023 г., при том положении, когда истец не требовал взыскание задолженности за поставку природного газа ответчикам за указанный период, исковые требования были предъявлены за период с
1 марта по 31 октября 2023г., суд первой инстанции в нарушение требований части 3 статьи 196 ГПК Российской Федерации вышел за пределы заявленных требований в части периода взыскания, при этом какого-либо правового обоснования выхода за пределы иска в обжалуемом судебном постановлении не приведено и оснований к тому нет, что является основанием для изменения решения суда в этой части и взыскания задолженности за период с 1 марта 2023 г. по 31 октября 2023 г., размер которой исчислен судебной коллегией исходя из нормативов потребления газа (в отсутствие передачи ответчиком показаний приборов учета) и ½ доли ответчика в общем имуществе супругов.
(дело №2-1759/2025, судья Бурлаков И.И.;
апелляционное определение от 17 сентября 2025 г. №33-1383/2025, докладчик Елховикова М.С.)
Не могут являться основаниями для оставления без движения апелляционных жалобы, представления недостатки и ошибки в оформлении жалобы, представления, не препятствующие их рассмотрению в суде апелляционной инстанции (например, грамматические и технические ошибки и описки).
Определением судьи суда первой инстанции апелляционная жалоба представителя МТУ Росимущества оставлена без движения, по мотиву ошибочного указания в ней даты оспариваемого решения суда, а именно в просительной части жалобы сторона просит отменить решение от 7 мая
2025 г., тогда как фактической датой вынесения решения явилось 21 апреля 2025 г.
В связи с неустранением недостатков апелляционной жалобы в установленный срок определением судьи суда первой инстанции апелляционная жалоба была возвращена подателю.
Указывая на отсутствие оснований для оставления апелляционной жалобы без движения у суда первой инстанции, отменяя определение суда, суд апелляционной инстанции указал, что из смысла и содержания текста своевременно поданной апелляционной жалобы возможно определить, что жалоба подана ответчиком на решение суда от 21 апреля 2025 г., поскольку в тексте жалобы представитель МТУ Росимущества указала номер дела, сведения о лицах, участвующих в деле, о предмете спора. Дата обжалуемого решения ошибочно отождествлена заявителем с датой изготовления мотивированного решения – 7 мая 2025 г., однако данное обстоятельство не может служить основанием для оставления апелляционной жалобы без движения.
Данные недостатки не являются процессуальным препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы, по существу. В рассматриваемом случае предметом обжалования явилось решение суда первой инстанции по итогам рассмотрения настоящего дела, иных решений суд первой инстанции не выносил, соответственно, ситуации при которой возникали бы сомнения, какое судебное постановление обжалует сторона по делу, не имеет место быть. Более того, наряду с вышеизложенным, в данном случае такого рода процессуальные действия суда первой инстанции ограничивают право участника судебного разбирательства на прохождение стадии апелляционного обжалования, по сути проверки законности и обоснованности судебного акта по существу, что недопустимо.
(дело №2-468/2025, судья Тарасков И.Ю.;
апелляционное определение от 19 августа 2025 г. №33-1317/2025,
судья Пужаев В.А.)
4.6. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права при разрешении вопроса о возмещении судебных расходов, связанных с рассмотрением дела.
При определении размера судебных расходов, подлежащих возмещению с учетом положений процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных расходов, если по делу заявлено несколько самостоятельных требований, необходимо определять процент удовлетворенных требований по каждому требованию, после чего общую сумму определенных с учетом требований разумности судебных расходов необходимо разделить поровну по количеству заявленных требований, после чего определиться сумму возмещения по каждому требованию отдельно исходя из удовлетворения, частичного удовлетворения либо отказа в удовлетворении каждого из требований.
С.Л.С. обратилась с заявлением о взыскании судебных расходов на оплату юридических услуг в размере 114 850 рублей, связанных с рассмотрением гражданского дела по ее иску к ООО «Центр правовой помощи» о расторжении договора оказания услуг, взыскании денежных средств по договору, неустойки, компенсации морального вреда, почтовых расходов.
Определением суда первой инстанции заявление удовлетворено частично, взыскано 337 464 рубля. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.
Принимая определение о частичном удовлетворении заявления, суд первой инстанции, установив факт несения расходов на оплату услуг представителя в судах первой и апелляционной инстанций, с учетом сложности дела, его объема и качества оказанной представителем юридической помощи, принципа разумности, обеспечивающего баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, пришел к выводу о взыскании в счет оплаты представительских расходов 80 000 рублей, исходя из следующего расчета: составление претензии на расторжение договора (5 000 рублей) + составление искового заявления (7 000 рублей) + участие в трех собеседованиях (15 000 рублей) + ознакомление с материалами дела четыре дня (5 000 рублей + 5 000 рублей + 5 000 рублей + 5 000 рублей) + составление ходатайства об истребовании доказательств (2 000 рублей) + составление двух дополнений к исковому заявлению (2 000 рублей + 2 000 рублей) + участие в судебном заседании (7 000 рублей) + составление апелляционной жалобы (10 000 рублей) + участие в судебном заседании суда апелляционной инстанции (10 000 рублей). При этом, указав, что исковые требования истца удовлетворены на 46,83%, пришел к выводу о том, что подлежат возмещению расходы пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, в сумме 37 464 руб. согласно следующему расчету: 80 000 рублей х 46,83 %.
Судом апелляционной инстанции определение суда первой инстанции отменено с разрешением вопроса, по существу. Заявление С.Л.С. удовлетворено частично. В ее пользу взыскано 65 821 рубль 34 копейки. В остальной части заявление оставить без удовлетворения.
Отменяя определение, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции об определении в счет оплаты представительских расходов суммы в размере 80 000 рублей, считая ее разумной, обоснованный и соразмерной объему проделанной представителем работы, счел неправомерными выводы суда, что исковые требования истца С.Л.С. удовлетворены на 46,83%.
Поскольку истцом С.Л.С. при подаче иска в суд заявлено три самостоятельных требования, из которых: требование имущественного характера, не подлежащего оценке (о расторжении договора); требование имущественного характера (о взыскании денежных средств, уплаченных по договору); требование неимущественного характера (о компенсации морального вреда), то судебные расходы на оплату услуг представителя, определенные в сумме 80 000 рублей, подлежат делению поровну на три части по количеству заявленных требований (80 000 рублей / 3 = 26 666 рублей 67 коп.) и возмещению по каждому требованию отдельно исходя из удовлетворения, частичного удовлетворения либо отказа в удовлетворении каждого из этих требований. Следовательно, сумма судебных расходов истца на оплату услуг представителя за каждое требование составит по 26 666 рублей 67 коп.
Поскольку имущественное требование (о взыскании денежных средств, уплаченных по договору, неустойки) удовлетворены частично на 46,83% (60 500 рублей от суммы иска в общем размере 129 177 рублей 50 коп.), то судебные расходы на оплату услуг представителя за данное требование составят 12 488 рублей (26 666 рублей 67 коп. х 46,83%).
Таким образом, учитывая, что требование имущественного характера, не подлежащего оценке (о расторжении договора) и требование неимущественного характера (о компенсации морального вреда) удовлетворены, общая сумма подлежащих возмещению расходов на оплату услуг представителя составит 65 821 рубль 34 коп. (26 666 рублей 67 коп. + 26 666 рублей 67 коп. + 12 488 рублей).
(материал №13-556/2025, судья Кечкина Н.В.;
апелляционное определение от 11 ноября 2025 г.
№33-1718/2025, судья Пужаев В.А.)
Расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 Гражданского кодекса Российской Федерации такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора. Кроме того, при определении размера судебных расходов необходимо проверять действительно ли были оказаны заявленные услуги.
М.А.С. обратился в суд с заявлением о взыскании с Б.И.В. судебных расходов на оплату юридических услуг в размере 94 000 рублей, понесенных при рассмотрении гражданского дела по его иску к Б.И.В. и по встречному иску Б.И.В. к М.А.С. о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.
Определением суда первой инстанции заявление удовлетворено частично, взыскано 66 000 рублей.
Принимая определение о частичном удовлетворении заявления, суд первой инстанции, с учетом сложности и продолжительности рассмотрения дела, его объема, принципа разумности пришел к выводу, что сумма заявленных к взысканию расходов на представителя является завышенной, в связи с чем снизил их размер до 66 000 рублей.
При этом суд первой инстанции распределил размер подлежащих возмещению расходов на оплату юридических услуг следующим образом: 1 000 рублей за юридическое консультирование, 5 000 рублей за составление искового заявления, 20 000 рублей за участие представителя в суде первой инстанции, 6 000 рублей за участие представителя при осмотре транспортных средств М.А.С. и Б.И.В., 5 000 рублей за составление возражений на встречное исковое заявление, 7 000 рублей за составление апелляционной жалобы, 14 000 рублей за участие представителя в суде апелляционной инстанции, 3 000 рублей за ознакомление с протоколами судебных заседаний, 5 000 рублей за составление заявления о взыскании судебных расходов.
Судом апелляционной инстанции определение суда первой инстанции отменено с разрешением вопроса, по существу. Заявление М.А.С. удовлетворено частично. С Боброва И.В. в пользу М.А.С. в возмещение расходов на оплату юридических услуг взыскано 58 000 рублей. В остальной части заявление оставлено без удовлетворения.
Не соглашаясь с определенным судом первой инстанции порядком распределения судебных расходов суд апелляционной инстанции указал, что из материалов гражданского дела следует, что адвокатом Г.В.М. выписан ордер от 22 июля 2024 г. на оказание юридической помощи в порядке гражданского судопроизводства М.А.С., тогда как экспертное заключение с осмотром транспортного средства истца изготовлено 16 июля 2024 г. Из экспертного заключения от 16 июля 2024 г. не следует, что осмотр транспортного средства 11 июля 2024 г. проводился в присутствии представителя Г.В.М.
Кроме того, пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, например расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети «Интернет», на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 Гражданского кодекса Российской Федерации такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора.
При таких обстоятельствах, возложение на проигравшую сторону расходов по оплате услуг представителя за участие в осмотре транспортного средства истца 11 июля 2024 г., а также за ознакомление с протоколами судебных заседаний признано неправомерным. В остальной части определенный судом первой инстанции размер расходов на представителя по оказанным услугам признан судом апелляционной инстанции обоснованным.
(материал №13-153/2025, судья Митрошкина Е.П.;
апелляционное определение от 23 октября 2025 г. №33-1603/2025,
судья Ионова О.Н.)
Если в удовлетворении требований истца к одному из ответчиков было отказано, то с истца в пользу ответчика, в отношении которого отказано в удовлетворении исковых требований, присуждаются понесенные ответчиком издержки.
В производстве суда первой инстанции находилось гражданское дело по иску С.П.В. к Д.Д.В., СПАО «Ингосстрах» о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.
Определением судьи первой инстанции постановлено внести денежные средства, подлежащие выплате в качестве оплаты за проведение судебной экспертизы на счет Управления Судебного департамента в Республике Мордовия для учета операций со средствами, поступающими во временное распоряжение ответчику Д.Д.В. в размере 50 000 рублей, ответчику СПАО «Ингосстрах» в размере 90 000 рублей.
В ходе рассмотрения дела представителем СПАО «Ингосстрах» заявлено о взыскании расходов на оплату экспертизы в размере 90 000 рублей.
Определением суда первой инстанции указанное заявление удовлетворено, с Д.Д.В. в пользу СПАО «Ингосстрах» взысканы расходы на оплату экспертизы в размере 90 000 рублей, поскольку исковые требования С.П.В. удовлетворены к ответчику Д.Д.В., в связи с чем на последнего подлежит возложению обязанность по возмещению понесенных по делу судебных расходов.
Судом апелляционной инстанции определение суда первой инстанции отменено с разрешением вопроса, по существу. В удовлетворении заявления СПАО «Ингосстрах» отказано.
В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них (статья 40 ГПК Российской Федерации).
В том случае, если в удовлетворении требований истца к одному из ответчиков было отказано, то с истца в пользу ответчика, в отношении которого отказано в удовлетворении исковых требований, присуждаются понесенные ответчиком издержки.
Поскольку СПАО «Игносстрах» понесло судебные расходы, оно вправе требовать их возмещения с истца по причине оставления без удовлетворения заявленных к нему исковых требований.
Исходя из принципа диспозитивности, следствием которого является то, что истец, наделенный процессуальными правами, должен принять на себя все последствия совершения или не совершения им процессуальных действий, в связи с чем в случае предъявления требований к ненадлежащему лицу, истец должен нести обязанность по возмещению понесенных указанным лицом по делу расходов, в том числе, в случае, если требования к иному ответчику были удовлетворены.
Обратное не только влечет процессуальную безответственность истца, предъявляющего требования к сколь угодно широкому кругу лиц, в том числе, в отсутствие правовых оснований, но и фактически возлагает обязанность по возмещению данных расходов на ответчика, требования к которому были удовлетворены.
Гражданское процессуальное законодательство не предусматривает возможности возмещения судебных расходов надлежащим ответчиком за счет ненадлежащего ответчика, поскольку участие в данном судебном разбирательстве ненадлежащего ответчика обусловлено предъявлением к нему именно истцом исковых требований.
В данном случае исковые требования истца в одному из ответчиков СПАО «Ингосстрах» оставлены без удовлетворения, в связи с чем необходимо руководствоваться принципом возмещения судебных расходов правой стороне в споре за счет неправой.
(дело №2-869/2025, судья Догорова Е.Ю.;
апелляционное определение от 22 декабря 2025 г. №33-1972/2025,
судья Солдатов М.О.)
При разрешении вопроса о возмещении судебных расходов по категории дел, по которым претензионный (досудебный) порядок не требуется, то есть не является обязательным, услуга по составлению досудебной претензии не относится к судебным расходам по оплате услуг представителя и возмещению не подлежит.
При разрешении вопроса о возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя необходимо учитывать фактическое участие представителя в суде.
Н.Е.А. обратилась в суд с заявлением о взыскании с ИП У.М.С. судебных расходов на оплату юридических услуг в размере 57 000 рублей, понесенных при рассмотрении гражданского дела по ее иску к ИП У.М.С. о принятии отказа от исполнения абонентского договора оказания услуг, взыскании денежных средств, уплаченных по договору, компенсации морального вреда, процентов за пользование денежными средствами, штрафа.
Принимая определение о частичном удовлетворении заявления, суд первой инстанции, установив факт несения расходов на оплату услуг представителя в суде первой инстанции в заявленном размере, с учетом объема оказанных услуг, пришел к выводу, что сумма заявленных расходов за составление искового заявления, участие представителя при подготовке дела к судебному разбирательству, участие представителя в двух судебных заседаниях, составление заявления о взыскании судебных расходов является завышенной, снизив их размер, и взыскав расходы на представителя в сумме 27 000 рублей.
Рассматривая дело в апелляционном порядке, по результатам которого определение суда первой инстанции отменено с разрешением вопроса по существу, принимая во внимание рекомендуемые минимальные ставки гонорара на оказание юридической помощи в регионе за 2025 год, суд апелляционной инстанции, оценивая количество оказанных представителем услуг, с учетом сложности и продолжительности рассмотрения дела, характера подготовленных процессуальных документов, исходя из баланса интересов сторон, считая заявленные стороной истца расходы на оплату юридических услуг на общую сумму 57 000 рублей чрезмерными, пришел к выводу, что они подлежит уменьшению до 33 000 рублей, из которых: 7 000 рублей – за подготовку и составление искового заявления, 5 000 рублей – за участие при проведении подготовки дела к судебному разбирательству (одно собеседование), 16 000 рублей – за участие в двух судебных заседаниях(по 8 000 рублей каждое), 5 000 рублей – за составление заявления о взыскании судебных расходов, находя данную сумму разумной и справедливой, соразмерной объему проделанной представителем работы, в отсутствие обоснованных доводов ответчика относительно завышенного размера указанной суммы.
При этом, как указал суд апелляционной инстанции, услуга по составлению досудебной претензии не относится к судебным расходам по оплате услуг представителя, поскольку данные расходы понесены в целях урегулирования спора в досудебном порядке, а претензионный (досудебный) порядок не требуется, то есть. не является обязательным по данной категории спора, за разрешением которого истец обратился в суд, учитывая, что исковое требование о расторжении абонентского договора об оказании услуг истец не заявляла.
Кроме того, рассматривая требование о взыскании судебных расходов в размере 8 000 рублей за участие представителя в судебном заседании суда первой инстанции от 22 мая 2025 г., суд апелляционной инстанции учел, что представитель истца в данном судебном заседании не участвовала, о чем свидетельствует протокол судебного заседания.
Кроме того, не соглашаясь с определенным судом первой инстанции порядком распределения судебных расходов суд апелляционной инстанции указал, что из материалов гражданского дела следует, что адвокатом Г.В.М. выписан ордер от 22 июля 2024 г. на оказание юридической помощи в порядке гражданского судопроизводства М.А.С., тогда как экспертное заключение с осмотром транспортного средства истца изготовлено 16 июля 2024 г. Из экспертного заключения от 16 июля 2024 г. не следует, что осмотр транспортного средства 11 июля 2024 г. проводился в присутствии представителя Г.В.М.
Кроме того, пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, например расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети «Интернет», на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 Гражданского кодекса Российской Федерации такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора.
При таких обстоятельствах, возложение на проигравшую сторону расходов по оплате услуг представителя за участие в осмотре транспортного средства истца 11 июля 2024 г., а также за ознакомление с протоколами судебных заседаний признано неправомерным. В остальной части определенный судом первой инстанции размер расходов на представителя по оказанным услугам признан судом апелляционной инстанции обоснованным.
(материал №13-447/2025, судья Тарасова Н.Н.;
апелляционное определение от 2 декабря 2025 г. по делу №33-1895/2025, судья Пужаев В.А.)
При разрешении вопроса о возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя необходимо учитывать фактическое поведение представителя в суде.
К.В.Г. обратилась в суд с заявлением о возмещении судебных расходов, понесенных ею в связи с рассмотрением гражданского дела по ее иску к ОСФР по Республике Мордовия о перерасчете пенсии, компенсации морального вреда. Просила взыскать расходы на оплату услуг представителя 45 000 рублей, на оплату почтовых расходов 197 рублей 50 коп.
Кроме того, К.С.А. и К.В.Г. обратились в суд с заявлением о замене взыскателя по указанному заявлению о возмещении судебных издержек, указав, что между ними заключено соглашение об уступке прав требования, согласно которому К.В.Г. уступает К.С.А. права требования по договору об оказании юридических услуг в размере 53 197 руб. 50 коп. с момента подписания настоящего соглашения.
Определением суда первой инстанции заявление о взыскании судебных расходов удовлетворено частично. С ОСФР по Республике Мордовия в пользу К.В.Г. в возмещение расходов на оплату услуг представителя взыскана денежная сумма в размере 29 197 рублей 50 коп.
Произведена замена взыскателя К.В.Г. по требованию о взыскании расходов на оплату услуг представителя по договору об оказании юридических услуг на ее правопреемника – К.С.А.
Разрешая вопрос о процессуальном правопреемстве, суд первой инстанции, исходя из того, что предусмотренный сторонами порядок оплаты услуг исполнителя путем уступки ему права на взыскание судебных расходов не противоречит требованиям действующего законодательства, сторонами избрана допустимая форма расчетов, при этом К.В.Г. подтвердила наличие издержек на момент заключения сторонами договора уступки прав требования, спор рассмотрен по существу в пользу истца.
Разрешая вопрос о возмещении расходов на оплату услуг представителя, суд первой инстанции, оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, исходя из конкретных обстоятельств дела, его сложности, длительности судебного разбирательства, количества судебных заседаний, участие в которых принимал представитель истца, объема и качества оказанных услуг, стоимости аналогичных услуг, сложившихся в республике, пришел к выводу о том, что сумма заявленных к взысканию судебных расходов является завышенной, носит неразумный и чрезмерный характер, в связи с чем, счел необходимым уменьшить общий размер подлежащих возмещению судебных расходов до 29 197 рублей 50 коп., из которых: 5 000 рублей за составление искового заявления и направление его в суд, 14 000 рублей за представление интересов истца в суде первой инстанции (4 000 рублей за участие в собеседовании, 10 000 рублей за участие в двух судебных заседаниях), 5 000 рублей за составление заявления о возмещении судебных расходов, 5 000 рублей за представление интересов истца в судебном заседании по рассмотрению заявления о возмещении судебных расходов, 197 рублей 50 коп. за почтовые расходы по направлению искового заявления с приложениями в суд и его копии ответчику.
Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции относительно распределения судебных расходов на оплату услуг представителя и оплату услуг почтовой связи на ответчика, не согласился с определенным судом размером возмещения расходов на оплату услуг представителя, указав, что материалы дела свидетельствуют об активном участии представителя истца при рассмотрении настоящего гражданского дела, что также подтверждается достижением желаемого для истца результата – удовлетворения ее исковых требований.
Таким образом, представителем работа по оказанию правовой помощи истцу при рассмотрении данного гражданского дела в рамках договора об оказании юридических услуг была выполнена в полном объеме.
Каких-либо доказательств, свидетельствующих о чрезмерности заявленных к взысканию расходов на оплату услуг представителя, их неоправданности и неразумности, со стороны ОСФР по Республике Мордовия суду не представлено.
В этой связи, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необходимости увеличения денежной суммы, подлежащей взысканию с ОСФР по Республике Мордовия в пользу К.С.А. в возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя, с учетом объема заявленных требований, до 45 000 рублей, из которых: 7 000 рублей за составление искового заявления, 24 000 рублей за участие в трех судебных заседаниях (по 8 000 рублей каждое), 7 000 рублей за составление заявления о возмещении судебных расходов, 8 000 рублей за участие представителя в судебном заседании при рассмотрении заявления о возмещении судебных расходов.
По мнению суда апелляционной инстанции, указанные суммы в полной мере соответствуют объему оказанной юридической помощи по делу, документальному объему дела, интеллектуальным затратам представителя, обеспечивают баланс процессуальных прав и обязанностей сторон и отвечают требованиям разумности и справедливости.
(материал №13-237/2025, судья Тарасков И.Ю.;
апелляционное определение от 16 июля 2025 г. по делу №33-1115/2025, судья Селезнева О.В.)
Выводы и предложения
Анализ и изучение причин отмены и изменения в апелляционном и кассационном порядке судебных актов, принятых судьями Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия, за второе полугодие 2025 года, показал, что выявленные проблемные вопросы в применении судьями норм материального и процессуального в целом носят общий характер и обусловлены принятием судебных актов без соблюдения требований действующего законодательства, без учета разъяснений, данных Верховным Судом Российской Федерации, без надлежащей подготовки дела к судебному разбирательству, однако допущенные ошибки не носят системный характер.
В целях максимального снижения в будущем количества отмен и изменений судебных актов в апелляционном и кассационном порядке, в частности, необходимо:
- более внимательно выполнять требования процессуального закона, регулирующего действия судьи при поступлении в суд исковых заявлений при разрешении вопроса о их принятии к производству суда;
- проводить надлежащим образом подготовку дел к судебному разбирательству, в ходе которой необходимо уточнять фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, определять закон, которым следует руководствоваться при разрешении дела, установить правоотношения сторон, разрешать вопрос о составе лиц, участвующих в деле, и других участников процесса, в том числе лиц, уполномоченных давать заключения по существу спора, не допуская принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, оказывать сторонам содействие в представлении необходимых доказательств;
- строго выполнять требования процессуального законодательства в части, касающейся рассмотрения дел с учетом всех юридически значимых обстоятельств;
- своевременно разрешать вопросы о предоставлении или истребовании материалов и документов, которые, безусловно, являются необходимыми для установления всех юридически значимых обстоятельств; выполнять обязанность суда по установлению того, какие доказательства могут подтвердить или опровергнуть факты, входящие в предмет доказывания; в случае недостаточности доказательственной базы для вынесения законного и обоснованного решения предлагать лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства;
- осуществлять должный контроль за надлежащим извещением лиц, привлеченных к участию в деле, о времени и месте рассмотрения дела;
- своевременно решать вопрос о назначении по делу соответствующей экспертизы, более тщательно подходить к выбору экспертного учреждения, экспертов, подлежащих привлечению к участию в экспертизе, доводить до сторон информацию о них;
- при оценке выводов экспертизы необходимо изучать исследовательскую часть экспертного заключения, обоснование выводов с учетом анализа всех собранных по делу доказательств, после чего решать вопрос о целесообразности и необходимости назначения по делу дополнительной либо повторной экспертизы;
- своевременно и в строгом соблюдении норм процессуального права решать вопрос о принятии к рассмотрению встречного иска;
- правильно применять и соблюдать нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения;
- учитывать выявленные в результате настоящего изучения вышеозначенные ошибки в дальнейшей работе.
Между тем, следует отметить, что в большинстве случаев судьи правильно применяют нормы гражданского, гражданского процессуального законодательства при рассмотрении гражданских дел и вынесении по ним решений, что подтверждается качеством работы суда за второе полугодие 2025 года, который составил 87,9% (при среднереспубликанском показателе за 2025 год – 84,4%).
Изучение причин отмены и изменения судебных актов проводилось на оперативных совещаниях с судьями Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия.
Судья Ленинского районного суда
г.Саранска Республики Мордовия Н.П. Бондаренко
